В течение последних нескольких месяцев в Новобелицком районе стояла невыносимая вонь горелой пластмассы. Местные жители с начала года обеспокоены удушающим запахом, из-за которого они не могут спокойно находиться на улице.

При попутном ветре смог стоит в магазинах, школах, детской поликлинике, по всем прилегающим улицам района. Запах иногда ощущается и в Любенском микрорайоне. Почему белый дым из заводской трубы ядовитый, почему он появился, и чем опасен для местных жителей? «Сильные новости» попытались разобраться в ситуации.

Проблема возникла примерно с начала 2018 года, хотя предприятие работает очень давно и никогда подобного не наблюдалось. Но буквально полгода назад из трубы предприятия пошел белый дым. А к нему добавился ядовитый запах, который навел панику на местных жителей. Они начали бояться за свое здоровье. Даже несмотря на то, что после обращений в санитарные службы города их пытались успокоить: проводятся регулярные проверки, нормы допустимых выбросов не нарушены. Жители района, из которых немало работающих на предприятии людей, уверены: имеется явное нарушение санитарно-эпидемиологических требований. И это очевидно без каких-либо экспертиз и лабораторий. Почему? Сейчас попробуем разобраться.

В 2014 году на предприятие было закуплено две новых линии для изготовления обоев. Одна из них — для виниловых. Оборудование было успешно установлено, запущено, на тот момент были соблюдены все технические нормы работы эксплуатации и обслуживания подобной техники. Показатель этого — тогда никто из жителей близлежащих домов не задыхался.

Важным элементом для работы по изготовлению виниловых обоев является утилизация промышленных отходов. А в случае «Гомельобоев» речь идет о ядовитых выбросах, которые образуются в процессе изготовления как раз этого вида продукции. Если говорить простым языком, процесс отчасти можно сравнить со сжиганием пластиковой бутылки в костре. Тот самый черный дым, который моментально впитывается в одежду и разъедает глаза, нужно как-то утилизировать.

В случае с обоями роль пластиковой бутылки играет поливинилхлорид (ПВХ). Виниловые обои изготавливаются путем нанесения на бумагу-основу пенокраски, состоящей из пластизолей на основе поливинилхлорида, пластификатора и вспенивающего агента. Потом в процесс добавляются термообработка, кипение, сушка, в результате которой выделяются ядовитые газы. Этот весьма популярный способ имеет и негативные особенности: состав пенокраски содержит также хлорсодержащие органические соединения и пластификаторы. Такой состав пенокраски обуславливает необходимость установки при производстве виниловых вспененных обоев дорогостоящей системы дожига вентиляционных выбросов из сушильного канала.

Переведем на простой язык: все выбросы, перед тем как они попадут через трубу на улицы Гомеля, должны пройти процесс сжигания. И тогда жителям улиц вокруг предприятия ничего не будет угрожать. Ведь все ядовитые элементы попросту «умрут» в печи дожига. И из трубы будет идти незаметный прозрачный дымок.

Но как в данный момент обстоят дела на предприятии?

Действующие работники предприятия на условиях анонимности из-за страха быть уволенными рассказывают, что в районе воняет из-за участка трафаретной печати. При закупке новой линии оборудования в 2014 году печь дожига была установлена, и даже работала. Но с ней вечно происходили какие-то проблемы. Она просто не справлялась со своим предназначением. По словам работников, проблема еще и в том, что сама линия и печь — от разных производителей. Это тоже самое, поясняют сотрудники, как выхлопную трубу от Жигули приварить к Лексусу. Работать-то она будет, но как? К тому же, эта печь не только однажды загорелась, но и постоянно тухла. В итоге ее отключили, а все выбросы направили прямо в трубу, из которой на район «повалил» белый ядовитый дым, проникающий повсюду, стелящийся туманом по улицам, который и начал травить местных жителей.

Администрация завода нашла выход. Труба, через которую выбросы попадают в атмосферу, была достроена и удлинена на треть. Как это решило проблему? Все дело в допустимой норме выбросов, которая утверждена службой охраны природы.

При неработающей печи через трубу, допустим приблизительно в 20 метров, на улицы города оседает определенное количество выбросов. Образно говоря, на 100 метров земли оседает 1 кг отходов. Это превышает допустимую норму. Но если сделать трубу выше, то участок рассеивания будет больше, и соответственно, на тот же участок земли будет попадать меньшее количество выбросов. Но они все равно будут. Ведь по техническому процессу для безопасности крайне важно, чтобы ядовитые отходы фильтровались до попадания в атмосферу. Любой другой способ — хитрости администрации завода, по словам работников. Они также приводят в пример случай, когда приезжали наладчики новой линии из Германии. Они даже не заходили на участок, если печь была выключена. Только после того как ее включали, она работала какое-то время, сжигала все промышленные отходы, работники заходили в цех и продолжали свою работу.

Ранее уже упоминалось, что санитарные службы проводили замеры и по результатам всех проб все показатели оказали в рамках нормы. Но! Как выяснилось позже, гомельская санстанция не имеет аккредитации на измерения хлорсодержащих. Правильнее было бы написать, что они делают замеры, но лишь на гидрохлорид. Который был обнаружен в конце мая во всех контрольных точках — 160 мкг/м3 при предельно допустимой концентрации не более 200. Получается, что даже тут разница не особо велика. Это спустя 3 года работы линии. А что будет через 5 лет, если предприятие не начнет фильтровать выбросы должным образом? Что же касается других вредных элементов, то все зависит от состава краски, которая поступает на предприятие. Чтобы понимать, что оседает на улицах города, нужно делать заборы исходя из того, какие вредные вещества испаряются из определенной краски. Но замеры делаются лишь по 4 пунктам — углерод оксид, гидрохлорид, формальдегид, и азот диоксид. Это все, на что у нашей санстанции есть аккредитация. Также остаются вопросы к самой процедуре забора проб. По словам местных жителей, когда проводились заборы, линия не работала, и, разумеется, все показатели оказались в порядке.

Местные жители так же возмущены работой «Горячей линии» санэпидемстанции, куда обратиться в экстренном случае можно только с 8 утра и до 5 вечера. И, когда в очередной раз белый смог появлялся в районе, люди в панике не знали кому звонить. Они обращались в МЧС. Но те отвечали, что тушить там нечего, потому что ничего не горит. И этот вопрос — не их компетенция. «Звоните утром в санстанцию на «горячую линию», — говорили спасатели. Но утром уже все «рассасывалось», и местным жителям оставалось лишь делать фотографии, чтобы как-то зафиксировать выбросы.

Ранее сообщалось, что линия производства обоев приостановлена. В городе наверняка уже не осталось чиновников, которые бы не были в курсе ситуации с ядовитым запахом. Проводятся проверки, заседания, комиссии из Минска и так далее. Беспокоящимся за свое здоровье жителям пообещали, что в ближайшее время эта проблема будет решена.

«Сильные новости» обратились за разъяснением к главному инженеру завода Башилову Андрею Анатольевичу. По телефону он отказался давать комментарий и пригласил приехать на завод. Уже на проходной предприятия выясняется, что беседовать выйдет заместитель директора по идеологии Кушнеров Виктор Исаакович. Но тот в свою очередь после заданных вопросов ответил: «Все вопросы в письменном виде присылайте на электронный ящик завода. Мы все соберемся, и будет писать вам ответ, чтобы не было никакого искажения информации. Соберем инженеров, администрацию и только все вместе мы сможем как-то ответить на ваши вопросы».

Но все же Виктор Исаакович немного прояснил ситуацию, что сейчас происходит на заводе. Буквально сегодня проводятся последние монтажные работы нового фильтра системы очистки. И уже завтра будет запуск линии. Появится зловонный запах в Новобелице снова или нет, предугадать сложно. «Будем решать по ситуации», —добавил Кушнеров.

Журналистов заверили, что администрация завода обеспокоена этой проблемой не меньше жителей Новобелицкого района. И там делают все возможное, чтобы в кратчайшие сроки гомельчане вдохнули полной грудью без страха перед ядовитыми отходами.

К слову, Виктор Кушнеров добавил, что больше трубу никто удлинять не будет, потому что ее просто повалит ветром. И это прекрасная новость. Значит, единственный способ спастись от ядовитых газов — наладить печь дожига. И хочется верить словам Виктора Исааковича, который на вопрос о том, что Голубев Александр Михайлович пообещал, что в ближайшие две недели вопрос с запахом закроется, ответил: «Значит все будет намного раньше. Значит через неделю!»

Наталья Ошека, gomel.today

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: