Куда же в действительности отправится ледокол Трамп и кто будет им управлять

Юрий Фельштинский, Facebook

Юрий Фельштинский, Facebook

Российско-американский историк и политолог Юрий Фельштинский, автор книг “Вожди в законе”, “Брестский мир”, ФСБ взрывает Россию”, “Корпорация: Россия и КГБ во времена президента Путина”, “Третья мировая: битва за Украину” считает, что Путин планирует с помощью Трампа отменить санкции, узаконить право на захват Россией территорий соседних стран, распустить НАТО и вернуть на карту мира Советский Союз.

Если исходить из предвыборной программы Трампа, перспектива вырисовывается печальная. Трамп, пришедший в Белый дом из бизнеса, является приверженцем простых решений. Не случайно в пропагандистской сфере его основной инструмент – Твиттер: все проблемы, как и их разрешение, Трамп сводит всегда к одной фразе. Если вопрос уж очень сложен, то к двум. Но в современной политике простых проблем и простых решений не бывает. Примитивный лозунг “America First!” не более как возврат к старой американской политике изоляционизма 1920-30-х годов. К чему привела эта политика хорошо известно: ко Второй мировой войне.

Конечно, любой руководитель страны, не только Америки, должен думать прежде всего о своей стране и своем народе. В этом смысле в лозунге “Америка прежде всего!” нет ничего неправильного и неестественного, особенно во время предвыборной кампании. Другой вопрос, что вкладывать в этот лозунг и какой ценой его реализовывать. Поиск “золотой середины” всегда сложен и проблематичен, особенно в демократических странах, в каковым относятся США.

К сложным решениям Трамп не готов. Приказами и указами, которые пока что с завидной регулярностью подписывает президент США, управлять Америкой невозможно. Протекционизм, к которому призывает Трамп, в краткосрочном плане может привести к позитивным результатам (мы видим, как положительно оценивает этот протекционизм американская биржа, поднявшаяся с победой Трампа до 20.000 пунктов). Протекционизм может привести к росту занятости в Соединенных Штатах, росту зарплат, росту внутриамериканского производства. Но и к росту цен. Последнее бьет прежде всего по потребителю, т.е. по всему населению, причем рост цен на потребительские товары равносилен введению налога, к тому же не прогрессивного, а “подушного”. Это ударяет по наименее зажиточной части населения страны, с одной стороны, и уменьшает конкурентноспособность Соединенных Штатов в мире, с другой.

Автомобильный рынок США в свое время перестал быть конкурентноспособным и уступил первенство Японии прежде всего потому, что долгие годы под давлением руководства американских автокомпаний и профсоюзов опирался на протекционизм своего правительства, а не на законы свободного рынка. От этого поражения когда-то самая передовая американская автомобильная промышленность оправиться так никогда и не смогла. Все это – примитивные истины, очевидные каждому. Но Трамп надеется, что за 4-8 лет, которые он проведет в Белом доме, отрицательные последствия протекционизма еще не начнут проявляться, а как эту проблему будут решать после его ухода, его не волнует.

То же и с нелегальной эмиграцией. Нелегальная эмиграция, крестовый поход против которой объявил Трамп, конечно, является для США проблемой. Если бы ни нелегальная эмиграция (и незаконные зарплаты наличными), государство собирало бы больше налогов; цены на рабочие руки в США были бы выше, зарплаты неквалифицированных рабочих пошли бы вверх. Однако и это привело бы к росту цен на производимую и выращиваемую продукцию.

Никто не возражает против борьбы с нелегальной эмиграцией, являющейся для любой страны нездоровым явлением. Но существует нелегальная иммиграция прежде всего потому, что простого решения этой проблемы нет.

Старинный способ борьбы с нашествием – стена. Много таких стен было в мире построено вокруг замков, городов, и даже целых государств, если иметь в виду Великую китайскую стену, не являвшуюся, впрочем, сплошной. Была известная всему миру Берлинская стена, предотвращавшая бегство восточных немцев в Западную Германию. Функционирует сегодня Израильская стена безопасности, протяженностью более 700 км, строившаяся десять лет…

Сможет ли Трамп построить за десять лет стену между Америкой и Мексикой? Сможет. Вопрос только в том, во сколько это обойдется американской казне (т.е. американскому налогоплательщику) и сколько времени займет этот проект, хотя последнее не будет иметь никакого значения, так как президентство Трампа ограничено 4-8 летним сроком.

Целесообразность строительства такой стены между США и Мексикой не очевидна. При попытке бегства через Берлинскую стену пограничники стреляли на поражение, и только таким образом добились желаемых результатов. Израильские пограничники при попытке проникновения террористов в Израиль тоже применяют оружие. Будут ли отстреливать нелегальных мексиканских иммигрантов американские пограничники, большой вопрос. Как будут залатывать финансовые дыры в бюджете Министерства внутренней безопасности США, которое по плану Трампа должно пока что финансировать строительство стены, и на что именно не хватит денег из-за строительства стены с Мексикой – еще один вопрос. И последний вопрос, приведет ли это к сокращению нелегальной эмиграции из Мексики, и если приведет, то на сколько.

Трамп живет в режиме своего президентского срока. Америка, как страна, живет в абсолютно другом режиме. Она стала великой державой не потому, что стремилась к гегемонии в мире, а потому что европейский мир (а сегодня еще и мусульманский мир) без вмешательства США занимается исключительно саморазрушением. В случае Европы примерами саморазрушения являются две мировые войны. В случае мусульманского мира — перманентная война против Израиля. Даже трудно себе представить, как процветал бы арабский мир, если бы перестал считать Израиль своим врагом. Тем более, что и нынешний мусульманский терроризм во многом основан на желании решить вопрос об уничтожении Израиля быстро и радикально.

Да, Америка, как великая держава, тратит безумные деньги на внешнеполитические проекты. Где-то это помощь другим странам или международным организациям, где-то это вмешательство во внешнеполитические конфликты и даже открытые военные действия против той или другой страны или режима. Понятно, что все эти проекты дорогие.

Между Первой и Второй мировыми войнами Америка не вмешивалась в европейскую политику, 20 лет проводила политику изоляционизма и экономила деньги. Но экономия эта обошлась очень дорого. Именно на этот период экономии на внешнеполитических проектах пришлась Великая депрессия. Затем началась война. США вынуждены были оказывать военную и финансовую помощь сначала Великобритании, потом еще и Советскому Союзу (долги эти после войны Америкой были фактически прощены). Избежать вступления в европейскую войну все равно оказалось невозможно, и после вступления в войну Соединенным Штатам пришлось тратить совсем уже большие деньги сначала на военную кампанию, затем на восстановление разрушенной Европы (план Маршалла). Не забудем и про погибших в этой войне примерно 400 тысяч американцев.Так что успешной политику изоляционизма тех лет признать невозможно. Не может быть она успешной и при Трампе.

Ближневосточная политика Соединенных Штатов (а сегодня, расширительно, политика США в отношении мусульманских стран) полна ошибок, и не критикует ее только ленивый. Поэтому не будем присоединяться к общему хору. Очевидного, а уж тем более быстрого (в пределах века) решения этой проблемы нет. Но на примере Сирии – всего лишь одной Сирии – мы видим, к чему ведет отказ США от активного и своевременного вмешательства в конфликт: к расширению этого внутреннего конфликта, к открытой гражданской войне внутри государства, к фактическому распаду этого государства, к беспрецедентной, после конца второй мировой войны, гуманитарной проблеме беженцев с тяжелейшими последствиями прежде всего для Европы. И это всего лишь одно государство, Сирия, с населением примерно 18 млн человек. Спроектируем это на весь Ближний Восток и увидим, что американский изоляционизм в отношении этого региона для Европы равносилен цунами.

Это мы еще не начали обсуждать иранскую проблему… Суть ее проста. Иран – это ближневосточная супердержава, по крайней мере страна, претендующая на то, что она является супердержавой в этом регионе. Оставим в стороне дискуссии о том, правильное или неправильное атомное соглашение подписал президент Обама с иранским руководством. Будем считать, что оно абсолютно ошибочное, и будем исходить из худшего: в ближайшие годы Иран станет обладателем ядерного оружия. Если при этом Иран не откажется от своей главной внешнеполитической цели: уничтожение государства Израиль, это может привести, при попустительстве президента Трампа, к термоядерному конфликту между Израилем и Ираном.

Я пишу “при попустительстве президента Трампа”, потому что декларировать поддержку Израиля и перенос столицы Израиля в Иерусалим недостаточно для того, чтобы гарантировать неприкосновенность Израиля. Нужно еще и помешать превращению Ирана в региональную супердержаву. Последнее недостижимо без вступления в конфликт по иранскому вопросу с Путиным, так как Россия является основным, если не единственным, серьезным союзником Ирана. А конфликтовать с Путиным Трамп ни в коем случае не намерен, так как между Трампом и Путиным есть соглашение по целому ряду внешнеполитических вопросов, один из которых – поддержка внешнеполитической линии России на Ближнем Востоке для совместной борьбы против международного исламского терроризма.

Определив, что ирано-израильский военный конфликт в ближайшие годы может стать одним из самых серьезных в мире, вернемся к Европе. В последнем аналитическом докладе Пентагона названы три стратегических противника США: Исламское государство, Россия и Китай. С первым врагом Трамп намерен бороться в силу своего видения и понимания этой проблемы (как, собственно, боролись с нею и две предыдущие администрации). Второго врага Трамп планирует сделать своим союзником в борьбе с первым и третьим. При этом с первым врагом Трамп собирается бороться руками России, а с третьим — самостоятельно.

Начнем с третьего стратегического противника: Китая. Китай является коммунистической диктатурой, успешно, с точки зрения мирового рынка, реформировавшей свою когда-то социалистическую экономику. Социалистического в ней осталось только то, что подавляющее большинство населения Китая работает за гроши в нечеловечески тяжелых условиях, производя продукцию, экспортируемую затем за границу. Государство на этом богатеет. Благосостояние остального народа незначительно, но все-таки растет (изначально оно было совсем плачевным). Появилась серьезная прослойка “новых китайцев” (богатых китайских бизнесменов). Сегодня Китай – главный торговый партнер США.

Внешнеполитические амбиции Китая ограничивались декларациями о том, что Тайвань является исконной китайской территорией. Попыток военного захвата Тайваня Китай не предпринимал. Не предпринимал Китай и попыток военного захвата Гонконга, сданного на сто лет в аренду Англии, а терпеливо ждал, пока истечет срок этого арендного договора.

Ложкой дегтя в бочке с медом стало строительство Китаем в Южно-Китайском море искусственного насыпного острова, по существу военной базы, которая должна контролировать пока что свободное мореплавание в регионе. Этот искусственной остров и попытки объявить водное пространство вокруг него китайским стали причиной, по которой Китай был зачислен в стратегические противники США.

Трамп собирается противостоять этой агрессивной политике китайского руководства. И все прогрессивное человечество, безусловно, в этом вопросе на его стороне. Проблема в том, что Трамп использует “китайскую карту” не ради противостояния коммунистическому Китаю, а в качестве дымовой завесы для прикрытия другой внешнеполитической операции: ослабления НАТО и сдачи восточной Европы Путину. Конфликт в Азии, будь то конфронтация с Китаем или военная операция против Северной Кореи, разрабатывающей атомное оружие и межконтинентальные ракеты, способные наносить удар, это всего лишь отвлекающий маневр, новый фронт, который “потребует от США” прекращения финансирования НАТО или даже роспуска этой “устаревшей”, по словам Трампа, организации, ухода США из Европы и союза с Россией для войны на азиатском направлении.

Но если Америка ради нового азиатского фронта уйдет из Европы, повторится предистория Второй мировой войны: агрессор начнет захватывать своих соседей. Сегодня таким европейским агрессором является Россия. Дважды в начале этого столетия Россия вторгалась в соседние государства и захватывала части их территорий: в 2008 году Россия начала войну с Грузией и в результате этой войны захватила Абхазию и Южную Осетию; в 2014 году Россия вошла в Украину и захватила Крым, Донецкую и Луганскую области. Как и Гитлер, проводивший захваты в 1938-1939 годах под лозунгом воссоединения германской нации в границах одного государства; как и Сталин, проводивший территориальные захваты 1939-1940 годов под предлогом воссоединения с братскими народами, уже живущими в СССР, и обеспечения безопасности границ Советского Союза, – Путин провел эти захваты под лозунгом защиты интересов русских, живущих за пределами России. Если в этой военной кампании Путина было что-то “гибридное”, то ровно настолько, насколько гибридными были военные захваты Гитлера и Сталина.

Нет оснований считать, что внешнеполитические амбиции Кремля закончились уже состоявшимися захватами. Путин и российская пропагандистская машина открыто говорят о том, что стратегической задачей № 1 нынешнего российского руководства является восстановление СССР, распад которого Путин считает постигшей лично его, как и всю страну, катастрофой. Понятно, что к восстановлению буквально “СССР” в старом виде никто не призывает. Но советская символика, от гимна и мелодии программы “Время” до “ТАСС” — постепенно возвращается. А как именно будет называться новое государство “Русского мира” не так уже и важно.

Для выполнения задачи № 1 должна быть предварительно реализована стратегическая задача № 2 – формальный роспуск НАТО или аннулирование 5-й статьи устава НАТО, предусматривающей взаимопомощь стран членов НАТО в случае нападения на одну из участниц договора. Выполнение этой задачи возложено на ледокол по имени Трамп – на американского президента, взявшего на себя перед Путиным определенные обязательства. Среди этих обязательств – снятие санкций, признание аннексии Крыма и выход Соединенных Штатов из НАТО. Это все, что должен сделать ледокол Трамп. Остальное за него доделает Путин, поскольку без американского ядерного зонта и 5-го пункта устава НАТО Европа окажется беззащитной перед лицом России. И если этот сценарий кому-то кажется слишком примитивным и пессимистичным, хочу напомнить, что в 2013 году не менее фантастическим выглядел сценарий по захвату Россией Крыма и Восточной Украины.

Многое зависит от того, будет ли утвержден Тиллерсон на посту госсекретаря Соединенных Штатов. Есть большая вероятность того, что он будет утвержден Сенатом, поскольку республиканцы постепенно сдают президенту свои позиции, а оппозиции одной лишь демократической партии для отклонения кандидатуры Тиллерсона недостаточно.

Тиллерсон в кругу президента Трампа будет являться не только и не столько проводником его политики, сколько связным между Трампом и Путиным, в то время как советник Трампа по внешней политике генерал Флин будет являться связным между Трампом и всеми прочими российскими политиками и дипломатами, работающими в России и за границей. В ближайшие дни Трамп открыто начнет “продавать” американскому общественному мнению сближение с Путиным, как выгодное для США.

4-8 лет – не большой исторический срок для решения геополитических вопросов и для территориальных захватов. Основные участники этих событий – Трамп и Путин – будут действовать решительно и стремительно. К реализации своих планов они приступят сразу же после утверждения Тиллерсона госсекретарем США. В чем конкретно заключаются эти планы, мы увидим очень скоро. Но ничем, кроме новых военных операций на разных фронтах, трамповско-путинское соглашение по России и НАТО закончиться не может.

Юрий Фельштинский, “Апостроф”


Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest

Дадаць каментар

E-mail is already registered on the site. Please use the увайсці форма or увядзіце іншы.

You entered an incorrect username or password

На жаль, вы павінны ўвайсці ў сістэму.