Россиян учат бояться окружающего мира, и именно поэтому политики в Москве рассказывают сказки о том, как в этом мире ненавидят русских

Александр Новак

Язык диалога между Россией и теми, кого президент с плохо скрываемой иронией называет «нашими партнерами», становится все менее дипломатичным. Российские официальные лица даже не пытаются скрыть явного раздражения тем, что политики большинства стран не закрыли глаза на внешнеполитические амбиции Кремля. Однако сейчас хочется остановиться не на фейковых новостях и дезинформации, которые поставлены у нас «на поток», а на языке и на словах, которыми пользуются отечественные политики.

Удобное слово

В последнее время здесь наблюдается масштабная новация: одним из самых употребительных у высших чиновников стал термин «русофобия». Вот министр иностранных дел Сергей Лавров вполне обыденно отмечает: «Не могу ничего высказать, кроме сожалений по поводу русофобской одержимости наших американских коллег, [которая] уже переходит все грани». А президент Владимир Путин не только «видит», «что сейчас развивается русофобия в Соединенных Штатах», но и считает возможным сравнить ее с антисемитизмом: «Легче сказать, что мы не виноваты, это виноваты русские, они вмешались в наши выборы. Это мне антисемитизм напоминает: во всем евреи виноваты». Но председатель Государственной думы Вячеслав Володин идет еще дальше, предполагая, что причина нынешних санкций кроется в «патологической» и «генетической» нелюбви Запада к славянским народам, и, «когда мы говорим о русофобии, сегодня уже можно говорить об этом в отношении всех славян».

На мой взгляд, подобная риторика дискредитирует российский политический класс, демонстрируя как низкий уровень осмысления происходящего сегодня в мире, так и общую неадекватность живущей в выдуманной ею реальности отечественной политической элиты. Если речь идет о «русофобии», которую президент страны сравнивает с антисемитизмом, стоило бы привести доказательства того, как и где права и интересы наших граждан ущемляются на основании их принадлежности к русской нации или наличия у них российского гражданства. Ведь термин «русофобия» относится именно к русским (россиянам, русскоязычным, православным), а не к России как государству. Антисемитизм предполагает неприязнь и ненависть не к Израилю, а к еврейскому народу (а если и затрагивает еврейское государство, то​ скорее «рикошетом», а не напрямую). Где же подтверждения, что русских на Западе сегодня не любят?

Чытайце па тэме:  Фігуранта «справы патрыётаў» Комліка-Ямаціна перавялі з «амерыканкі» на «Валадарку»

Прожив большую часть последних лет в Германии, Австрии, Франции и США, я ни разу не оказался в ситуации, когда простые граждане этих стран, коллеги или чиновники отнеслись ко мне или к моим друзьям иначе, чем к кому-либо другому из-за нашей национальности и/или гражданства. Характерно, что недавно спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко заявила, что, по ее мнению, «на уровне людей, общения народов никакой русофобии не существует» и на человеческом уровне ей никогда не приходилось с ней сталкиваться. И действительно, достаточно посмотреть на то, какой удобной делают жизнь русского человека на Западе самые разные мелочи — от надписей на русском в метро Нью-Йорка и русифицированных автоматов по продаже билетов в Вене до автоматических русификаторов популярных интернет-страниц и целой индустрии, сложившейся вокруг российского туризма и бизнеса. Это у нас трудно найти пограничника, хорошо знающего английский, а в Америке, «стране победившей русофобии», вам бесплатно обеспечат переводчика, если в аэропорту окажется, что никаким иным языком, кроме русского, вы не владеете. Да, на «загнивающем Западе» встречаются элементы и того же антисемитизма, и исламофобии — но, повторю, не пренебрежения к русским.

Государство = народ

Рассказы о «русофобии» сейчас так быстро распространяются, во-первых, потому что в мире действительно начинают бояться Россию (но не русских) и относиться к ее политическому истеблишменту с нескрываемым презрением. Но разве на то нет причин, если в Великобритании число смертей, связанных с одним лишь «делом Литвиненко», уже приближается к полутора десяткам? И почему тот же президент Эмманюэль Макрон, подвергшийся в российской прессе унизительной травле, должен считать работников Russia Today журналистами?

Во-вторых, находясь внутри западных обществ, можно легко ощутить, насколько велика «дистанция» между Россией и русскими в глазах большинства обывателей. Возможно, Кремлю хотелось бы, чтобы не только президент Путин воспринимался по известной формуле «Есть Путин — есть Россия, нет Путина — нет России», но и чтобы между Россией и ее гражданами был поставлен такой же знак равенства. Задача российской пропаганды — перенести недоверие и «нелюбовь» к России на русских, сделать отторжение страны проблемой каждого выходца из нее.

Чытайце па тэме:  Фігуранта «справы патрыётаў» Комліка-Ямаціна перавялі з «амерыканкі» на «Валадарку»

Сегодня российские власти апеллируют к самым низменным, националистическим чувствам собственных граждан: они пытаются доказать, что Запад не противостоит России политически и идеологически, а чуть ли не возрождает «славяноненавистничество» времен Третьего рейха. Эта линия соответствует огульному очернению Европы и Америки, которым российская пропаганда радикально отличается от советской. Последняя, если кто помнит, опиралась на противопоставление честных и трудолюбивых граждан западных стран капиталистической верхушке, продажным политикам и военно-промышленному комплексу — сейчас же этих различий не делается: Запад описывается как бездуховное общество, утрачивающее моральные устои и погрязающее во грехе. Россиян учат ненавидеть и бояться окружающего мира, и именно поэтому политики в Москве рассказывают сказки о том, что в этом мире ненавидят русских.

Да, было бы наивно отрицать, что многие народы относятся к русскому народу с недоверием и подозрительностью — и в некоторых случаях с этим сложно что-то поделать. Стоит ли полагать, что нас должны любить в странах Балтии? Или в Польше, участие в разделах которой принимала как имперская, так и коммунистическая Россия (а последняя еще и бессмысленно уничтожила тысячи польских офицеров в Катыни)? Да и на Украине, культуру и язык которой российские власти последовательно уничтожали в XIX веке, даже если не говорить о ситуации с Крымом?

Странные «русофобы»

Однако даже в этих случаях следует иметь в виду довольно примечательные обстоятельства. Латвия, одна из наиболее «русофобских», по мнению Кремля, стран, является абсолютным чемпионом по сохранению доли русских в населении страны: находясь в 1989 году на уровне в 33,9%, она снизилась к 2014-му до 27,3% (а в крайне дружественном и «нерусофобском» Казахстане — с 37,8 до 20,6%). На Украине русский язык остается самым распространенным среди всех постсоветских республик за исключением Белоруссии, и попытки ограничить его использование, посещение российских сайтов или перемещение через границу воспринимаются очень болезненно. Польша, если уж мы ее упомянули, будучи одной из наиболее критично настроенных в отношении российских властей стран, остается чемпионом по выдаче россиянам шенгенских виз, что также не вяжется с ее «русофобией».

Чытайце па тэме:  Фігуранта «справы патрыётаў» Комліка-Ямаціна перавялі з «амерыканкі» на «Валадарку»

Конечно, идея «повязать» всех россиян со своим правительством вполне соответствует образу мышления отечественной элиты. Ей кажется, что стоит только опубликовать предупреждение МИДа о том, что россияне в Черногории могут подвергнуться опасности, как туристический поток иссякнет. Однако черногорцы, как и большинство европейцев, давно и хорошо поняли отличие представителей российского среднего класса — порядочных и законопослушных людей — от российской власти. И поэтому русские продолжают ехать в только что вступившую в НАТО страну, а европейцы и американцы все глубже осознают, что уникальность России состоит еще и в том, насколько в ней отличаются общество и власть, и потому все чаще относятся к России с негодованием, а к русским, вынужденным уезжать с родины только потому, что они хотят жить свободной и нормальной жизнью, с сочувствием.

Закончу на привычной для современной России — где стремительно восстанавливается культ личности Сталина — ноте. Величайший из живших на Земле во все времена людей (по версии российских граждан) в тяжелые для советского народа дни февраля 1942 года сказал: «Было бы смешно отождествлять клику Гитлера с германским народом…» Эти слова нелишне вспоминать всякий раз, когда слышишь о том, как на Западе сегодня не любят русских, потому что там «смешной» ошибки отождествления русского народа и российской власти давно никто не совершает.

Владислав Иноземцев, директор Центра исследований постиндустриального общества,

РБК


Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest

Дадаць каментар

E-mail is already registered on the site. Please use the увайсці форма or увядзіце іншы.

You entered an incorrect username or password

На жаль, вы павінны ўвайсці ў сістэму.