Члены инициативной группы против строительства завода АКБ Демьян Лепесевич и Дмитрий Бекалюк рассказали Брестской газете о том, что произошло за время пусконаладки завода АКБ, почему власти заговорили с народом и что делать с объектом.

Председатель Брестского горисполкома Александр Рогачук неожиданно провел встречу с горожанами и жителями района, которые 9 июня по традиции пришли на площадь Ленина покормить голубей в знак протеста против завода АКБ. «Оснований для пуска завода на данный момент нет», – заявил глава брестской вертикали и пригласил группу активистов на встречу с председателем Брестского облисполкома Анатолием Лисом в среду 12 июня. С главой области активисты встретятся впервые, с момента начала заводской эпопеи, хотя раньше не раз добивались аудиенции.

На ваш взгляд, чем вызван такой поворот событий? Почему власти вдруг захотели «проговорить» с народом, «сверить позиции»? С чего вдруг возникла такая неожиданная открытость, просто разгул демократии?

Демьян Лепесевич: С Рогачуком мы встречались за это время не меньше трех раз. С Лисом мы очень хотели встретиться, но нам все время отказывали.

Выскажу личное мнение по тому, что вчера (9 июня – ред.) произошло. Во-первых, анализы по выбросам вредных веществ на заводе реально зашкаливают. И наверху поняли, что они это не скроют. Поняли, что утечка информации будет, как бы они не хотели. А во-вторых, мы на полном серьезе решаем вопрос покупки приборов, чтобы делать анализы самим. Правду не скроешь, и наверху это понимают.

Хотите сказать, что результаты анализов этих проб ужаснули даже власть?

Демьян: Да. Люди, которые дежурят возле завода, сделали фото лаборантов, которые приезжали на анализ проб. Они были в защите – в специальных халатах, респираторах, шапках. Чего они боялись? Из точки, где они делали отбор проб, по нашим сведениям, если пересчитать на год, будет примерно от 700 до 1 300 кг выбросов свинца в год. Подчеркну: с одной точки, и это при работе не на полную мощность. Работал только один котел, а их там, судя по проекту, шесть: 4 для свинцовой ленты и 2 для цилиндриков. И ведь планируется, что работать будут все. А по заявлениям Лемешевского (владелец аккумуляторного завода – прим. ред.) выбросы свинца от всего завода не составят и 3 килограммов в год.

Т. е. цифры превышения зашкаливают. И мы прекрасно понимаем, что облака, которые летают над заводом – это не газ, не пыль. Они появляются из трубы, которая идет от участка производства оксида свинца. Если появился над ней черный «дым» – это либо отключили фильтры, либо их порвало, либо их там вообще нет. Произошел выброс оксида свинца, а он опаснее, чем свинец. Где это все осело – вопрос. Что будет дальше – тоже вопрос. И власти уже понимают, что это не шутки. А ведь пусконаладка завода идет уже полгода.

Поэтому и дали команду встретиться с общественностью. Мое мнение – команда шла с самого верха.

То есть вы думаете, что инициатива начать административный процесс за загрязнение атмосферного воздуха исходила не от областного природоохранного комитета, а решение принималось в других кабинетах, а комитет лишь его ретранслятор?

Демьян: Однозначно, не здесь оно принималось.

Дмитрий Бекалюк: Прошу обратить внимание на футбол, который происходит. Республиканские органы говорят нам, что облкомитет должен контролировать работу завода в период пусконаладки. Облкомитет говорит, что не может этого делать, поскольку завод еще не введен.Докладная записка, копия которой попала в интернет, написана очень хитро. Начальник областного природоохранного комитета в ней и себя прикрыл, но и показал действительную проблему, призвал действовать Минск.

 

А встреча вчера состоялась по одной простой причине. Мы полтора года говорили и писали о тех проблемах, которые принесет завод. А теперь мы имеем дело с фактом. И этот факт очень озаботил местные власти, они поняли надвигающуюся опасность. И я подозреваю, что у них информации гораздо больше, чем в этой записке. Отбирались пробы неоднократно, но их результатов мы не знаем. А они знают.

Шумящая установка, которая работала на заводе всю ночь 4 мая, имела эффект разорвавшейся бомбы. Только после того, как люди стали круглосуточно дежурить возле завода, следить, фиксировать все нарушения, природоохранным органам ничего не оставалось делать, как приступить к исполнению своих должностных обязанностей. И когда они стали брать анализы и увидели результаты – ужаснулись. Замолчать ничего не удастся – все фиксируется.

Демьян: Они, наверное, увидели, что факты гораздо хуже, чем мы предполагали. По нашим сведениям, они действительно намного хуже. Наверное, их это отрезвило.

По словам Александра Рогачука, раньше аргументы инвестора строительства завода «крыть было нечем». То есть власть по-прежнему пытается убедить, что то как прошло так называемое общественное обсуждение, сам проект завода, экспертизы этого проекта и все, что было с ним ранее связано, не подпадало под какие бы то ни было административные, а тем более уголовные санкции. То есть все было законно. Из чего следует, что все ваши контраргументы, власти по-прежнему в расчет не берут, в том числе и почти 40 000 подписей против завода.

Теперь же ситуация, по словам председателя, горисполкома поменялась. Пусконаладка забуксовала, появились данные о превышении нормативных показателей выбросов и вот теперь, мол, можно инвестора и к ответу привлечь. Как вам такой вариант интерпретации ситуации вокруг завода? Вас от него не коробит?

Демьян: Еще как коробит. Но я готов закрыть на это глаза, лишь бы остановить это безумие. Понятно, что это ненормально. Было множество фактов, которых было достаточно, чтобы эту стройку прекратить.

Сейчас вскрылась другая проблема. Нам все время говорили: проект прошел экспертизу, эксперты все проверили, все хорошо. И тут черный «дым». Давайте тогда оценим уровень этих экспертов. Он что, низкий? Они будут за это отвечать?

Поэтому заявление властей пусть будет таким, лишь бы закрылся этот завод под Брестом. Пускай он перенесется в какое-нибудь далекое место, при условии, что переделают проект как положено.

Дмитрий: У нас очень сильная вертикаль власти. Если Рогачук признает юридически, что мы правы – это автоматически сигнал действия Следственному комитету, МВД, КГБ. Вся цепочка, о которой говорит Демьян, должна быть взята под стражу и начато разбирательство. А пока получается и нашим, и вашим.

Жизнь показала, что мы были правы. Но признать это – значит, показать полную некомпетентность государственных органов власти. На это власть не готова. А брестчане и жители района показали пример того, что люди в Беларуси что-то могут. Но, соглашусь с Демьяном: самое главное, чтобы этот завод закрыли.

Демьян: Этот завод уже нанес ущерб. Это нужно осознать. Административный процесс начат по нанесенному вреду. Они подсчитали его только по выбросам, по приборам. Извините, а кто будет определять реальный ущерб? Нужно все исследовать и тогда уже претензии высказывать.

Вчера во время встречи прозвучали слова о возможном перепрофилировании завода. И тут возникает логичный вопрос: а за чей счет этот «банкет» будет организован? И кто ответит и ответит ли вообще за деньги, выброшенные на ветер?

Демьян: Государство вложило 2 миллиона – оно их не потеряет. На это место реально перенести какое-то производство из Бреста. А то, что потерял инвестор… Так ведь есть такое понятие в бизнесе, как риск. Мы изначально говорили ему, что есть ошибки, мы хотели пообщаться, вместе эти ошибки исправить. Если он этого не понимал и пер напролом – то кто в этом виноват? Конечно, на встречу с Лисом мы пойдем с конструктивными предложениями по поводу перепрофилирования.

Дмитрий: Вы говорите «понесли затраты». А я смотрю на это с перспективы возможного ущерба. Вред уже есть, и он может быть гораздо больше, чем средства, вложенные в этот завод. Брест занимает первое место в стране по экспорту молока и мяса. А этот завод расположен в самом центре сырьевой зоны: «Бонше», «Берестье», «Савушкин». Все прекрасно понимают, что любой европейской, российской комиссии закрыть поставки нашей молочки будет очень легко.

По поводу переноса завода моя позиция принципиальная: есть подписанные экологические документы – пусть завод их соблюдает. Параметры, которые заложены в проекте, должны быть соблюдены. Если нет – значит, этот завод не должен вообще где-либо работать. А если будет переработка проекта – то нужно начинать все с нуля, и первым делом провести общественные обсуждения на уровне республики.

Вы уже подумали, кто войдет в ту группу, которая пойдет 12 июня в облисполком на встречу с Анатолием Лисом? С вопросами определились?

Демьян: Сегодня определимся и с составом, и с вопросами. Одно из обязательных условий – присутствие негосударственной прессы. Этот вопрос вчера на собрании поднимался.

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект:

Загрузка...