Прежние власти нашей страны и нынешние одержали множество побед над внешними и внутренними врагами. Но часто терпели сокрушительные поражения, после которых стране приходилось очень туго. Но есть вещи, которые не приносят властям и народу ни побед, ни поражений. Одна из таких перманентных битв с самим собой – субботник.

president.gov.by

 

Сегодня, учитывая исключительные обстоятельства, вызываемые эпидемией очень заразного вируса (от которого лекарства нет), можно было бы от этого сомнительного «праздника труда» окончательно отказаться.

Но руководство Беларуси к этому не готово. Поскольку идеологически – в широком смысле слова – оно существует благодаря согласию общества бесплатно и регулярно отдавать ему часть своего труда помимо установленных законами налогов. Безвозмездно. Субботник, в узком смысле слова, позволяет работнику произвести новую стоимость и подарить ее государству. Право государства взимать «добровольные пожертвования» с участников субботника в казну крайне сомнительно. Оно так же сомнительно, как и право силовиков, рожденное в лихие 1990-е, приглашать к себе проституток на явочные квартиры и не оплачивать услуги.

Как субботник выглядит сейчас?

Правительство приняло постановление о проведении 25 апреля республиканского субботника, который госорганы и организации на добровольной основе могут провести на рабочих местах. Кроме того, они могут благоустроить и привести в порядок историко-культурные ценности, подготовить детские и оздоровительные лагеря к летнему сезону и так далее.

Хорошее дело – подмести двор, поправить забор вокруг пионерского лагеря или посадить две-три сосенки на лужайке. Но денег на этом не заработаешь, а ведь ради них, в основном, субботник и проводится. Поэтому, как говорится в постановлении правительства, из заработной платы трудящихся, для которых 25 апреля является рабочим днем, наниматели с их согласия и в размерах, определяемых добровольно самими коллективами работников, производится удержание денежных средств. Разумеется, для упрощения бухучета удержания, все принявшие участие в субботники и не участвующие в нем обычно вносят в бюджет субботника дневной заработок.

Коль скоро субботник – дело добровольное, то с этими все соглашаются. Если это касается добровольности простых людей. О добровольности руководителей (госорганов) сказано еще проще: в субботнике они примут личное участие. Это то предложение, от которого никто отказаться не сможет.

Разумеется, многие работники и их начальники понимают, что, принуждая работников к участию в субботниках, руководство некоторым образом унижает их, и на самом деле ожидают от них не столько денег, сколько демонстрации лояльности.

«Ходи верх ногами!»

Как писал Александр Энгельгардт в очерке «Из деревни» (1878-1879 гг.), начальство всегда проводит мероприятия, которые ни к чему не приводят, но только «затесняют» мужиков, в насмешку над ними: «Точно вот – «на тебе, ходи вверх ногами!». И ходим, то есть не ходим, а делаем вид, что ходим. Идешь обыкновенным порядком, встречаешь начальство – «отчего не кверху ногами?». «А вот сейчас, ваше-ство, отдохнуть перевернулся», – и делаешь вид, что хочешь встать кверху ногами. Начальство само знает, что нельзя так ходить, но, довольное послушанием милостию улыбается и проследывает далее».

Для иллюстрации Энгельгардт сослался на распоряжение начальства садить березки по деревням вдоль улиц. Во-первых, для красоты, во-вторых, березки в случае пожара должны были служить защитой. Чепуха, подчеркивает автор, самая натуральная, не могут березки эти функции выполнять. И расти не могут на узких деревенских улицах – скот их объедает и топчет, возы с дровами, навозом, с сеном их ломают. Но начальство что придумало, то и делает: «Надумали, расписали сейчас найстрожайший приказ по волостям, волостные – сельским старостам приказ, те десятским по деревням».

Посадили мужики березки, за лето все засохли.

Не приживаются березки, сохнут. И проезжает весной какой-нибудь чиновник: «Где березки?». «Посохли». – «Посохли! А вот вас…». Пообещал, за каждую березку штрафу взять по пять рублей. И так каждый раз. И придумали мужики – чем вырывать березку с корнями, решили срубать мелкий березняк, заостревать комель и втыкать к приезду начальника в землю. А по зиме на растопку идет, потому что за лето отлично на ветру просыхает. Не полезет же чиновник смотреть, с корнями ли посажено, а если найдется такой, что полезет, скажут: «отгнило коренье», – где ему видать, что березка просто отрублена».

И вот так все делалось, начальство – начальствовало, мужики предписания выполняли, а дело на самом деле не делалось.

Лукашенко не менее строг, чем царь Петр

Хоть все были при деле. И замечал автор, что не подходит, не интересно для мужиков, этого не сделаешь: «На что уж строг был Петр царь, а и то много, что не подходяще, не мог составить делать».

Александр Лукашенко строг, видимо, не менее царя Петра, но дело сделать не может. Хрестоматийный пример – очень часто к его приезду местные вельможи стараются обновить асфальтовое покрытие на подъезде к объекту. Надо ж угадать, когда и куда точно он поедет. Поэтому приходится укладывать асфальт без подсыпки, в лужи, в траву. От этого он впадает в видимое бешенство. Но как бы взбесился он, если такой скоропостижный ремонт в честь его приезда не сделали. Вот вам и блуд труда у него в крови, и у всех остальных.

Почему так происходит?

Вацлав Гавел в эссе «Сила бессильных» так отвечает на этот вопрос: «Директор овощного магазинчика поместил в витрину между луком и морковью лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Что тем самым он хотел сообщить миру? Действительно ли им овладела идея соединения пролетариев всех стран? Овладела ли так сильно, что он почувствовал неодолимую потребность оповестить о своем идеале общественность? Задумался ли он на самом деле хоть на мгновение над тем, как бы такое соединение могло осуществиться, и чтобы означало?».

Семантическое содержание лозунга выражается в том, что «соединившиеся пролетарии» ликвидируют частную собственность на средства производства, в том числе частную овощную торговлю, преобразуя в торговлю кооперативную или государственную. Именно поэтому из предпринимателя зеленщик превращается в служащего, директора магазина, и живет в тех реалиях, которые создали соединившиеся пролетарии. И он должен соответствовать новым требованиям. В частности, оформлять витрину магазина по тем стандартам, которые для него созданы. И это становится знаком для вышестоящих, что данный зеленщик занимает свое место в социальной иерархии, знает, что должен делать и как себя вести, взамен получая право на спокойную жизнь и «крышу» от вышестоящих начальников.

Такое «буквальное» прочтение лозунга показывает, что зеленщик полностью подчинился начальству, что производной его лояльности является страх и возможность удовлетворять свои сугубо меркантильные интересы. Чтобы он сам знал, и другие, что вот таким образом он продался начальству. Но каким бы на самом деле ни был человек, ему требуется самооправдание – позитив о самом себе. Как сказал герой фильма «Вокзал для двоих», спекулянт тоже может быть порядочным человеком. Гавеловскому зеленщику для жизни тоже требуется чувство человеческого достоинство. И лозунг в витрине его магазина, помимо которого ему никто ничего не предлагает, начинает действовать на него терапевтически: «А почему, в конце концов, пролетарии всех стран не могут соединиться?».

Необходимый абсурд

Мужики пореформенной России, которые «втыкали» березки на потребу начальства, вместо того, чтобы их высаживать, начальники, которые воспринимали «этот блуд» как позитивный итог своего умелого управления мужиками, белорусские местные вельможи, которые укладывают асфальт в честь приезда Лукашенко, сам он, воспринимающий «этот блуд» как должное, разве не считают они себя нормальными для жизни в сложившихся условиях?

Или субботник, который афишируется (утверждается) постановлением правительства, но вроде бы добровольно, по просьбе трудящихся – возьмите себе наши деньги. Спасибо. Мы себе еще заработаем. Это ли не абсурд?

Абсурд, но и плата за лояльность. Все понимают, что на самом деле субботник назначает Лукашенко. Захотел и сделал, все остальное – словесный гарнир. По его мнению, оснований для отмены и переноса субботника нет: «Люди все равно работают в субботу, и, если они выйдут на работу в субботу, это ни на что не повлияет». На самом деле за эти несколько дней (со вторника по субботу), численность заразившихся вирусом, возможно, вырастет на несколько тысяч. Но определенно эпидемиологическая ситуация не улучшится. У многих работников, которые «заманиваются» на субботники, проблемы растут подобно кому. И не решаются, а накапливаются.

Исходя хотя бы из этих соображений, Лукашенко нашел бы обоснования для переноса или отмены субботника. Но он этими вопросами себя не обременяет.

Возможно, дело в том, что эпидемии, кризисы и прочие пертурбации требуются руководству, чтобы они в них активно участвовали. Возглавляли «борьбу» – независимо от методов и средств, которые для этого понадобятся.

Что касается данного субботника, то надо обращаться не к правительству, а к обществу. Агитировать руководство бесполезно. Следует обращаться к обществу, где еще живет здравый смысл. Есть надежда, что когда он восторжествует, страна наконец откажется от так называемых «праздников труда», организуемых государством.

Константин Скуратович, Наше мнение

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект:

Загрузка...