Лукашенко признал допущенные перегибы в антинаркотическом законодательстве.

“Про наркотики просто даже говорить не хочу. Недавно мы законы приняли жесточайшие. Что сейчас уже матери тех, кто попал в места не столь отдаленные, просят смягчить этот закон. Это по моей инициативе были приняты соответствующие законы. Притом, ну где-то мы, наверное, перегнули. Тот, кто наркотики потребляет, – больной человек. И я считал, что их надо воспитывать трудом – в колонии. Мы их воспитываем и перевоспитываем, но страшная ломка, когда тебя особо без медицины начинают отучать от этого”, – сказал Лукашенко, посещая сегодня минскую среднюю школу No 93.

“Думаю, надо встретиться с этими родителями, которые хотят со мной встретиться. Но им же надо что-то сказать, и в этом отношении мы думаем, что сделать. А тем, кто сюда привозит, распространяет наркотики, никакой пощады не будет. Человек, употребляющий наркотики, способен на все. Это страшные люди. С теми, кто является источником этого страшного зла, мы будем точно так и поступать”, – подчеркнул белорусский руководитель.

Лидер инициативы «Матери 328» Лариса Жигарь прокомментировала «Белорусскому партизану» высказывания Лукашенко.

– Действительно, Лукашенко сам дал указание принять жестокие законы, сам признал перегибы. Но он же ведь хочет с нами встретиться, а это уже большой плюс. Неизменным требованием, которого мы добивались четыре года, всех наших голодовок была именно встреча с президентом страны. И когда 9 июля мы встречались с Натальей Ивановной Кочановой, я просила: не убирайте из повестки дня встречу с президентом страны.

Что вы скажете ему при встрече?

– Расскажу всю ситуацию – не доносят ему чиновники. Я ведь не буду разговаривать с ним тет-а-тет, это будет разговор с руководством страны. Я возьму самые громкие дела ребят, которые вообще не должны сидеть. Я расскажу о том, что наркотики завозятся в страну тоннами – с какой целью? А страдает прежде всего молодежь. Конечно, легче всего посадить ребенка… Думаю, Лукашенко не знает, как работает Следственный комитет, как работает прокуратура. Не знает или не хочет знать.

– С какими предложениями пойдете к Лукашенко?

– Мы, матери, можем даже ставить условия. Да, виновных надо было наказать, но не такие сроки, какие получили наши дети. Знаете, четыре с половиной года просилок-хотелок, поэтому теперь уже будем требовать от руководителя государства. Будем требовать пересмотра антинаркотических дел, будем требовать пересмотра всех частей статьи 328 УК.

– А вопрос о сокращении сроков тюремного заключения поднимать будете?

– Однозначно. Причем не нижнюю планку, которую уже снизили на 2 года, а верхнюю планку. Нельзя детям давать такие сумасшедшие сроки. Я приведу примеры других стран – ведь мы изучали практику. У нас есть что сказать президенту. Когда мы показали Кочановой свои кейсы, у нее глаза округлились. Будем ждать письменного приглашения на встречу.

Юрий Кремнев, “Белорусский партизан”

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект:

Загрузка...