Лукашенко  с нетерпением ждет очередного кредита от МВФ. МВФ, в свою очередь ожидает от Лукашенко проведения реформ. Но  при этом МВФ не требует проведения именно рыночных реформ, фонд настаивает главным образом на реструктуризации,  которая при сохранении госсобственности ничего хорошего не приносила и прежде,  и в будущем не принесет.

kommersant.ru

Внешние заимствования не  улучшат ситуацию в Беларуси

Поддержка беларуского режима со стороны Запада и России, в том числе с помощью кредитования,  всегда отбивала охоту к реальным реформам. В то же время кредиты не являются подарками, их приходится погашать, причем с процентами.   Какое-то время Беларусь могла, благодаря субсидиям и кредитам, обеспечивать удержание уровня жизни беларусов на приемлемом уровне, но халява уже  закончилась. Если говорить о долгосрочных перспективах,  тенденции в экономике  опасные. Беларусь все больше теряет способность к самостоятельному экономическому развитию. Помощь России только немного оттягивает полный крах.  Но уже сейчас Беларусь наряду с Украиной относятся к самым бедным странам Европы.  Население Беларуси сегодня не способно откладывать деньги, более половины полученных доходов оно потребляет, что говорит о его нищете. Каждая беларуская семья тратит на продукты питания около  53% доходов, и даже больше.

Беларуская экономика не рыночная, а государственная.  Такой  экономике цикличность развития не свойственна. Наличие очень слабого рыночного сегмента проблему экономического роста страны решить не способно.  Экономика в Беларуси практически отсутствует. Можно говорить лишь о не определяемом рынком национальном хозяйстве. Поэтому осуществление анализа беларуской модели с опорой на экономические термины и понятия нереально. Точно также нереально анализировать с помощью данных терминов модели Северной Кореи или Кубы.

При этом рассмотрение стагнации в экономике Беларуси возможно с позиций неэффективности существующей системы, но не с точки зрения  циклических взлетов и падений. Стагнация этой экономики может длиться на протяжении десятилетий. И поэтому можно ожидать лишь дальнейшего падения уровня жизни беларусов.

Внешние  заимствования  улучшить ситуацию в Беларуси не в состоянии. Во-первых, Россия, как прежде, не сможет уже поддерживать Беларусь. Она сама сейчас находится в нелегком положении, о чем свидетельствует снижение уровня жизни россиян, а также падение цен на энергоносители и доходов от нефти. Во-вторых, если предположить, что МВФ даст А. Лукашенко кредит, проводить реальные  рыночные реформы он не станет. Потому что такие реформы не входят в поле его интересов. На рыночные реформы нужны деньги. Необходимо содействовать  становлению и развитию частного малого и среднего бизнеса.  Но Лукашенко тратит деньги (в основном кредиты) на реализацию совершенно других целей – целей, которые помогают ему оставаться у власти, например на содержание милицейского ведомства и  огромной армии чиновников.

На что тратит кредиты Лукашенко?

То, что денег на развитие экономики тратится недостаточно (мягко говоря), ясно хотя бы по тому, что получение огромных сумм как от Запада, так и от России не смогло оградить экономику Беларуси от кризиса.  Многие жизненно важные народнохозяйственные сферы страдают от того, что деньги тратятся не во благо народа.

Обратим внимание, что в Беларуси от ВВП на медицину тратится 4 процента, на образование – 5 процентов. Всего на цели медицины и образования в 2016 году было истрачено порядка 450 млн. долларов. В противовес этому траты на милицию, похоже, чрезмерно высоки. Точной статистики нет. Однако если грубо посчитать, то получится  огромная сумма, намного превышающая  сумму затрат на образование и медицину вместе взятые. Ведь в правоохранительных органах трудится сейчас примерно 90 тысяч  работников со среднемесячной зарплатой приблизительно в 600 долларов.  Получается, что только на одну зарплату милиционеров уходит в год 648 млн. долларов. Не говоря уже обо всех остальных тратах в целом на ведомство.

Если бы каждый милиционер хотя бы раз за год выезжал на задание, государство лишь на это должно было потратить  в долларах 78 тысяч.

Лукашенко сам поразился, как много денег уходит на содержание милиции, и заговорил о необходимости  разумной  оптимизации милицейского ведомства,  сокращения численности его сотрудников  на 20 процентов. Вот только вряд ли это произойдет, потому что об этом говорилось и прежде, а “воз и ныне там”. Нет никакой уверенности, что новый кредит от МВФ Лукашенко пустит на улучшение ситуации в экономике,  на улучшение жизни народа, как это должно быть, а не на содержание милиции, защищающей его режим.

В Беларуси за 8 лет построили 32 ледовых арены, обошедшиеся в 800 млн. долларов.  Траты на них не окупаются.  Ведь расходы на ледовые дворцы строительством не заканчиваются: они нуждаются в содержании, что обходится очень дорого.  И поэтому от текущей деятельности приходится терпеть как большим,  так и малым комплексам.

В Беларуси бешеные деньги идут на ухудшение жизни беларусов. А обещанное беларусам повышение зарплат возможно лишь  ценой инфляции со всеми, как говорится, вытекающими.

Не удивительно, что выполнение условий предоставления кредита МВФ в 2009 году было лишь частичным, вероятно, даже слишком частичным. И не удивительно,  что это выполнение  не смогло посодействовать развитию беларуской экономики   таким образом, чтобы не разразился сегодняшний кризис.

Способен ли Минск вернуть кредит МВФ?

МВФ ведет переговоры с А. Лукашенко о возможном предоставлении кредита. Однако разве он может быть уверен в возврате этого кредита и улучшении экономической ситуации в Беларуси? Возможно, он думает, что Лукашенко одумается и станет все-таки тратить деньги не на свои цели, а на развитие экономики?

Для улучшения экономической ситуации в Беларуси необходимо обеспечение кардинального изменения делового климата (его параметров), проведения реформ (как структурных, так и системных). Пока говорить об этом весьма проблематично. Сегодня  в проекте А. Лукашенко «О развитии предпринимательства и исключении излишних требований, предъявляемых к бизнесу»,  и сопутствующих ему документах отсутствуют важнейшие для бизнеса меры, касающиеся:

1)создания независимой судебной системы;

2) снижения налоговой нагрузки;

3) элиминирования конфликта интересов в органах госуправления;

4) ликвидации особых административно-правовых режимов, субсидий, льгот;

5) создания  постоянно действующих высокоэффективных   площадок для диалога бизнеса, власти и общества;

6) ликвидации протекционистских порочных практик и либерализации внешней торговли;

7) сокращения функций государства (даже умеренного, не говоря о радикальном);

8) приватизации и доступа частного бизнеса к активам и ресурсам.

Принятие в этом виде декрета будет содействовать тому, что исполкомовскими чиновниками, контролёрами и номенклатурными начальниками из министерств, концернов, холдингов, ведомств будет включена до упора лоббистская мощная машина. Частному бизнесу можно будет в таких условиях надеяться лишь на получение незначительного регуляторного послабления на фоне роста налоговой нагрузки. Это в лучшем случае. Радикального и кардинального улучшения условий для его ведения точно ожидать не стоит.

Но даже если программа “раскрепощения” бизнеса будет составлена, гарантий ее реализации быть не может. Никаких  позитивных изменений в экономике не будет. Во-первых,  падает внутренний спрос на товары и услуги из-за снижения зарплат и роста цен,  а также увеличения безработицы. Во-вторых,  поскольку есть негативный опыт лишения государством собственников их бизнеса,  на открытие нового бизнеса мало кто решится. Нет доверия правительству,  в частности,  А. Лукашенко. Сегодня он улучшает, якобы, климат для ведения бизнеса,  с помощью совершенствования законодательства. А завтра издаст очередной указ,  который обнулит все это совершенствование. Люди не доверяют правительству и не станут рисковать собственными средствами и усилиями по созданию и развитию частного бизнеса.

Может, МВФ успокоило оптимистичное заявление премьер-министра Беларуси Андрея Кобякова по поводу постепенного выхода Беларуси из рецессии,  основанное о якобы росте в январе-марте 2017 года на 0,3 процента  в сравнении с прошлогодним показателя ВВП? Так вряд ли это может служить поводом для ликования. Рост этот представляется фиктивным, поскольку ВВП можно считать только лишь при рыночных ценах (а не намеренно  заниженных) и при реальных поступлениях денег за товары, а не при их отгрузке покупателям, не удосужившимся за них  заплатить (имеет место    кредиторская задолженность на прежнем уровне, а дебиторская задолженность увеличилась на 10 процентов).

Но даже если представить, что  наблюдается сегодня малый рост ВВП, то  это можно объяснить только “накачиванием” отдельных госпредприятий дешевыми кредитами. Рост этот может быть только краткосрочным.  Зачем обеспечивать такой рост?  Для создания иллюзии, что экономика начала подниматься. Подобная имитация народу Беларуси обойдется дорого.  Однако с помощью западных и российских кредитов длительность эксперимента может оказаться очень большой.   Но понятно при этом, что его  прикрытие  причиной необходимости обеспечения “социальной ориентации и экономической безопасности»  весьма не надежное, по крайней мере, народ Беларуси эту причину объективной считать не станет. Потому как мало кто в эту ориентацию и безопасность верит.

Установки А. Лукашенко на снижение себестоимости (на 30 процентов)  и увеличение производительности труда – это всего лишь ничем не обусловленные команды, не способные реально ничего изменить к лучшему.

Китай не рискует в Беларуси

МВФ может полагать,  что поднятию беларуской экономики могут способствовать не только западные кредиты, но и получение кредитов от Китая. Однако  не секрет, что кредиты эти являются связанными,  их целью является реализация инфраструктурных или  валютоокупаемых  проектов. Они не могут рассматриваться в качестве прямых инвестиций. Китайцы не склонны идти на риски. Поэтому настаивают на приобретение оборудования, выбираемого кредиторами, на их  самостоятельном наборе рабочей силы,  в том числе китайской.  Они, по сути, инвестируют не в Беларусь, а в себя самих. Но деньги им за это будут отдаваться Беларусью, причем с процентами.

Похоже, пока китайские инвесторы не нацелены на широкомасштабное финансирование беларуской экономики, их  инвестиции в Беларуси – не более 400 млн. долларов,   в сравнении с их инвестициями в Казахстане они крайне малы (инвестиции в Казахстане около  25 млрд.). Это может свидетельствовать о том, что у китайских инвесторов нет особого доверия экономике Беларуси, ее развитию и обеспечению прибыли.

Если китайцы не доверяют беларуской экономике,  почему ей должен доверять МВФ?  Может, МВФ полагает, что можно обеспечить возврат ему кредитов за счет дальнейшего обнищания уже и так достаточно нищего беларуского народа? Однако  стопроцентной гарантии, пожалуй, нет.  Будут ли беларусы эту нищету терпеть бесконечно?

Маргарита Акулич, кандидат экономических наук, доцент,

для Беларускай праўды


Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest

Дадаць каментар

E-mail is already registered on the site. Please use the увайсці форма or увядзіце іншы.

You entered an incorrect username or password

На жаль, вы павінны ўвайсці ў сістэму.