О мифах, связанных с европейско-беларускими отношениями, рассказал директор Центра европейской трансформации Андрей Егоров на IV Беларуском правозащитном форуме, который прошел 20-21 октября в Вильнюсе.

Андрей Егоров, Facebook

 

— Европейско-беларуские отношения сегодня окутаны сплошной мифологией, — цитирует Андрея Егорова сайт «Белорусский партизан». — Чиновники и политики Евросоюза заявляют, что политика ЕС была изменена в ответ на изменения в Беларуси: такие как говорят они «освобождение политзаключеннных и…». Но никакого «и» не было. Изменение политики произошло не вследствие изменения ситуации в Беларуси, а потому что актёры так захотели: политика улучшения отношений с Беларусью началась ДО освобождения политзаключенных, и даже ДО украинского кризиса; потепление началось накануне саммита «Восточного партнерства» 2014 года, когда официальный Минск согласился на переговоры по упрощению визового режима.

Второй миф: «Лукашенко не выполнил ни одного требования Евросоюза, ЕС изменил отношение к официальному Минску только из-за украинского кризиса и нейтральной позиции Беларуси». Совершенно не так. Напряжение в двусторонних отношений, связанное с наличием политзаключенных, заставило беларускую власть сначала освободить политзаключенных. И международное давление оказалось именно тем инструментом, который позволил перейти к другому уровню сотрудничества с Беларусью. Не мифический нейтралитет Беларуси, и не украинский кризис были решающими в улучшении отношений ЕС и Беларуси. Оно началось раньше, до украинского кризиса и до «нейтрально-переговорной» роли Беларуси, оно потребовало выполнения Беларусью условия о выпуске политзаключенных. Украина и геополитика оказали свое влияние, но эти факторы были лишь «одними из…».

Чытайце па тэме:  Украинский грузовой самолет потерпел крушение в Африке. Экипаж проверят на алко- и наркосодержащие вещества

Следуюший миф: «Беларусь изменила вектор интеграции». Этот миф усиленно эксплуатирует российская сторона, российская пропагандистская машина поет про некий «интеграционный разворот» Беларуси. В реальности никакого разворота нет: уровень отношений Беларуси и Евросоюза как был, так и остался никаким, более низким, чем даже существующий уровень российско-европейских отношений.

Еще один миф: Беларусь находится в конфликте с Российской Федерацией, и потому ей требуется безусловная помощь ЕС, дабы не оказаться поглощенной Россией. Естественно, определенная угроза со стороны России существует. Но нет оснований говорить, что Беларусь находится в серьезном конфликте с Россией, а плохие соседские отношения не дают оснований для безусловной помощи ЕС, как и не дают оснований не реагировать на нарушения прав человека в Беларуси. И этот миф в полную силу эксплуатируется такой площадкой, как “Минский диалог”, группами, которые отстаивают “Хельсинки-2″. Не соответствует действительности и вся мифология о Беларуси как региональном миротворце и «доноре стабильности»: Беларусь не играет никакой существенной посреднической роли в переговорном процессе по Украине; Беларусь – не миротворец, а место, где по воле случая проходят переговоры.

«Официальный Минск достиг значительного прогресса в отношениях с ЕС» – очередной миф. Все успехи связаны с дипломатическими успехами и, по сути, переговорными достижениями. Например, сегодняшний диалог по правам человека – нормальный процесс, но все это – не более чем разговоры… Нет никакого существенного углубления экономического, культурного или политического сотрудничества, развития договорной базы кооперации и т.д.

Чытайце па тэме:  Путин согласился на введение миротворцев на Донбасс?

Очевидно, что усиливается влияние управляемого гражданского общества на политику Евросоюза – и это влияние временами сильнее, чем у реального гражданского общества Беларуси. Мы также видим трансформацию внешней помощи ЕС – эту трансформацию почувствовали на себе все независимые организации, которые все меньше интересуют ЕС, средств выделяется все меньше, и распределяются они в основном на сотрудничество с государством, или оперирование с ними требует сотрудничества с государственными органами.

Может ли гражданское сообщество влиять на политику ЕС? В сегодняшнем его состоянии – нет, не может. Но…

Но если мы изменимся, если мы больше внимания уделим межсекторальной кооперации и формированию единой позиции гражданского общества Беларуси по важным вопросам, более тесному сотрудничеству с организациями гражданского общества региона (украинскими, армянскими, грузинскими и т.д.), тогда мы сможем влиять на политику Евросоюза.

Но для этого придется измениться нам самим.

 


Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest

Дадаць каментар

E-mail is already registered on the site. Please use the увайсці форма or увядзіце іншы.

You entered an incorrect username or password

На жаль, вы павінны ўвайсці ў сістэму.