Американский политолог Нина Хрущева рассказывает, как и почему Путин стал таким, какой он сейчас, объясняет, почему Трамп-это закономерный результат, а также отвечает на «традиционный» вопрос, может ли Россия аннексировать Беларусь, пишет Радыё Свабода. 

Кратко

Российская самодержавность вместе с комплексом неполноценности по отношению к Европе совпала с высокомерием американцев.

Когда я была в Беларуси первый раз два года назад, я смотрела на все и думала — «как интересно, что Путин до сих пор себе это не забрал».

Человечество становится глупее, и телевизор здесь вносит свою лепту

Все разбежались по своим башням, и я, честно говоря, не думаю, что люди легко снова научатся разговаривать между собой.

Я не знаю, что такое “искренний Путин»

– Вы изучаете политические оттепели в России. Занимаясь годами этой темой, не пришли ли вы к выводу, что “оттепели” – это аномалия в политической истории России, необычное явление, которое довольно быстро заканчивается? Если да, то почему это?

– Я не думаю, что это аномалия. Вертикаль власти в России существовала всегда, при любой власти и любой системе. Действительно, оттепели в России длятся намного короче, чем другие режимы. Хрущев руководил 11 лет, Горбачев — 6 лет, Ельцин — 8 лет. Хотя Ельцин – это, конечно, не чистая «оттепель», это такой гибрид сильной и «несильной» власти.

Это не аномалия, но это отражает развитие России, ее абсолютный разрыв между периодами перемен и «сильной власти», маятник, который резко шатается в одну или другую сторону. Как я пыталась объяснить во время лекции-реформы проходили “по декрету«, сверху, это было то, что можно назвать» недемократическим либерализмом”. Однако это не аномалия, это часть процесса развития России, который идет как маятник.

– И если брать аналогию с маятником — то чем резче происходят перемены, тем сильнее ответная реакция?

— Точно. Но с развитием 20-го века эти перемены стали менее резкими. Хрущева не убили, а отправили на пенсию. Горбачева не убили, не отправили на пенсию, он до сих пор продолжает высказываться о политике. Менее жестокие времена настали. Хотя-кто знает, сегодня они менее жесткие, а завтра?

– Про Путина сейчас вроде все понятно, и не все помнят, что в начале его правления политика — и внутренняя, и внешняя — была совсем другая. Он говорил о возможности вступления России в НАТО, после терактов 11 сентября 2001 года Россия разрешила США использовать всю необходимую военную инфраструктуру для операции против Аль-Каеды — – в общем, Путин тогда проводил полностью прозападную политику. А потом – его знаменитая “Мюнхенская речь”, разворот в другую сторону. Поэтому возникает вопрос, был ли он тогда, в начале нулевых, искренним в своей прозападности, или он просто «притворялся», понимая, что пока что он слаб, Россия слаба, и надо набраться сил и дождаться момента для разворота в сторону «суверенной демократии»?

– Ну, во-первых, он подполковник КГБ, и я не знаю, что такое «искренний» Путин.

Во-вторых, я думаю, он действительно хотел проводить эту политику, когда говорил, что Россия – европейская страна. В первый год своего президентства он четыре раза ездил в Англию, даже как-то подружился с британским премьером Тони Блэром. Еще Ельцин начал говорить, что мы, Россия, победили коммунизм и теперь «встаем с колен». Теперь пришел новый человек, и он действительно будет с Западом строить мировую политику.

А потом оказалось, что Запад этого совсем не имел в виду. У Запада насчет этого были свои мысли, особенно в США. Тут я скажу как Путин, но это, к сожалению, правда. США хотят, чтобы весь мир был таким, как они, и Америке нужны ведомые, которых Америка ведет.

А Россия никогда не хочет быть такой, какую ведут. Заслуживает она или нет, первого она сорта страна или нет, но она претендует на многое. Россия-раздвоенная страна, у нее огромный комплекс неполноценности и мания величия в одно и тоже время. Путин думал, что он будет сидеть с большими лидерами за одним столом и решать мировые проблемы. Но они вовсе не собирались этого делать.

– В Большую восьмерку Россию взяли еще при Ельцине…

– В восьмерку взяли. И Путин долго держался, у него были хорошие отношения с Бушем-младшим. Но российская имперская паранойя стала все больше в нем проявляться. В 2006 году вице-президент Чейни в Вильнюсе прочитал целую лекцию России о демократии и все такое — – я думаю, тогда Путин и начал поворачиваться к Западу спиной, и в 2007-м случилась его Мюнхенская речь.

В 2007-м журнал Time назвал Путина Человеком года, и там было большое интервью, где все было открыто им сказано, и о Западе, и о США, демократии. И если на Западе удивляются, как он себя потом вел – то я говорю:»почитайте это интервью, там все сказано”. Так что здесь российская самодержавность вместе с комплексом неполноценности по отношению к Европе совпала с высокомерием американцев.

– Вы находитесь в Минске, столице Республики Беларусь, и нам не обойтись без вопроса, который здесь задают всем политикам, политологам и экспертам. Что вы думаете о возможности аннексии Беларуси Россией?

– Когда я здесь была первый раз два года назад, я смотрела на все и думала — «как интересно, что Путин до сих пор себе это не забрал». Путин любит, что хорошо выглядит и плохо лежит. И, я думаю, странно, что он до сих пор это себе не попытался прихватить.

С другой стороны, я читаю выступление Лукашенко, где он сурово говорит, что мы независимая страна, пятое – десятое. Беларусь – не Крым. А Путин без конца смотрит в прошлое. Поэтому, если что-то с Беларусью произойдет — не знаю, в какой форме) – то российский человек только пожмет плечами, российскому человеку это будет непонятно. Как это может произойти и как они будут это объяснять мировому сообществу — я не знаю, и я не уверена, что Путину нужна эта головная боль.​

– И в таких рассуждениях обычно не учитывают, что по этому поводу думает сам беларуский народ…

— Абсолютно. Почему и зачем беларуский народ может хотеть оказаться в России – непонятно. Российскому народу действительно все равно. И это не поднимет Путину рейтинг. Только если Сурков и Путин не придумают какую-то формулу, которой я для них пока не вижу.

Путин большой тактик, но ужасный стратег. Он игрок, но осторожный игрок. На то, что ему ломает зубы, он не идет. Так что если что-то будет с Беларусью, то, с моей точки зрения, это будет формальность.

– Вы сегодня много говорили о мировых проблемах, о том самом «восстании масс», которое происходит последние годы. Признаюсь, я не со всеми вашими оценками согласен. Когда политологи объясняют успехи Трампа и правых популистов тем, что люди на Западе якобы вместе подурнели и начали избирать неправильных политиков — мне это не кажется убедительным. Может, просто избиратели почувствовали, что, несмотря на весь технический прогресс, их жизнь не улучшается, традиционные политики игнорируют их интересы, им говорят, о чем можно думать, а о чем нельзя. А если завтра в США победят демократы-то все нормально, все снова станут не basket of deplorables (‘жалким сборищем’ — словосочетание с предвыборной речи Хиллари Клинтон — ред. А. А. С. Пушкина.), а умными гражданами?

– Одно другому не противоречит. Положение американской массы начало ухудшаться уже после холодной войны, после Клинтона. Мировой кризис 2008 года. “Тихое большинство” почувствовало, что их интересы игнорируются — это правда. Но это не отменяет того, что действительно человечество становится глупее, и телевизор здесь вносит свою лепту. Я, в отличие от своих коллег-демократов, совсем не думаю, что если придет Элизабет Уоррен, то все станет отлично.

Трамп – это симптомом, Трамп – не причина. Лицемерно со стороны демократов говорить, что народ такой умный, а Трампа нам Путин избрал. Бред. Трамп был избран, поскольку каждый народ заслуживает своего правительства. Экономика и политика становились все менее реальными, этот процесс шел 30 лет. Мир стал горизонтальным, и поймать реальность людям стало очень трудно.

– Вас не беспокоят процессы, происходящие в американских университетах? Когда студенты бойкотируют или даже насильно срывают выступления тех спикеров, которые им не нравятся, не хотят слушать идейных оппонентов? С другой стороны, среди профессоров, как свидетельствуют опросы, сейчас подавляющее большинство-сторонники левых и даже очень левых взглядов, намного более радикальных, чем мейнстрим Демократической партии. Не видите ли вы здесь угрозы для свободы слова и идейного плюрализма?

– Это тот самый тройболизм, в котором мы сейчас в Америке существуем. И слева, и справа. Консервативные университеты также не хотят слушать либеральных ораторов. Новые веяния-в том, что такие люди, как Стивен Бэннон, которые раньше были маргиналами, рвутся выступать в Принстонский университет. Конечно, Принстон скажет – Мы лучше будем слушать нормального республиканца, такого даже, как Ньют Грингрич, а не Беннона, который обещает фашизм завтра.

В чем я с вами абсолютно согласна, — как иногда говорят в России, «в Америке не нужна никакая цензура, потому что там есть политическая корректность». В Америке диалога практически не существует. Все разбежались по своим башням, разделились по интересам. И я, честно говоря, не думаю, что люди легко снова научатся разговаривать друг с другом.

Это не только полевенье, это происходит со всех сторон. Общество активно уходит на маргиналии, разбегается по крайностям. Среди потенциальных кандидатов в президенты от демократов все, кроме трех, – фактические социалисты.

– Эти процессы не вызывают в Америке у людей страха гражданской войны?

– Ну, Трамп нам уже обещает гражданскую войну. Америка не знает, что такое война, не знает, что такое трагедия. Когда произошло 11 сентября, они не знали, как это понять, почему какие-то странные люди не хотят быть счастливыми вместе с ними.

Но то, что Америка, извините, будет тупеть все больше и это будет приводить к каким — то процессам в головах людей и в политике, – это реальность. Я своим студентам недавно привела пример из “Фауста”. Никто не знал, о чем это. Спросила о Гете. 13 из 15 студентов не знали, кто такой Гете.

Это означает все меньше возможностей объяснить мир через какие-то общие знания, которые раньше принимались как должное.

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект:

Загрузка...