Государственное вранье выгодно на стадии экономического роста, но когда рост сменяется падением, то обязательно появится тот, кто открыто призовет «жить не по лжи». И он будет услышан.

Иллюстрация к статье, как правило, подбирается после завершения работы над текстом, т.к. она являются производной от содержания. Но в данном случае поводом для написания статьи послужила карикатура беларуского художника Дениса Лопатина. Поиском ее в Интернете я занялся в силу склонности к ассоциативному мышлению. И дело тут не в мании величия. На лавры вершителей судеб мира я не претендую. Тема родилась, что называется, «от жизни». От жизни в кардиологическом отделении 9-ой городской клинической больницы, где мне практически ежедневно приходится слышать напоминания о том, что пол мокрый и потому следует лежать, а не ходить по палате.

Содержание картины каждый вправе трактовать по-своему. Но для меня она служит напоминанием об ограничениях, которые общества накладывают на политиков. Разумеется, общества по степени субъектности отличаются друг от друга, поэтому рамки, в которые они загоняют политиков, могут не совпадать как по количественным, так и по качественным характеристикам.

В Беларуси, например, авторитаризм в ответ на хаос безвластия начала 90-х сформировался как бы автоматически, и демократические процедуры этому только способствовали. А где авторитаризм, там и сильная, харизматическая личность на его вершине. При этом для того, чтобы «большинство» воспринимало первое лицо государства в качестве харизматика, тому было совсем не обязательно обладать набором соответствующих качеств.

В нашей культурной традиции, как верно подметил культуролог Андрей Пелипенко, «сакрален не человек и не даже не трон, но человек-сидящий-на-троне». Вспомним Владимира Путина. Это его нынешний директор Левада-Центра Лев Гудков на начальном этапе президентской карьеры охарактеризовал как Молчалина на должности национального лидера.

Для тех, кто давно не перечитывал «Горе от ума», напомню характеристику данного персонажа: «А вот и он на цыпочках, и небогат словами».

Молчалин Молчалиным, а рейтинг одобрения деятельности современного аналога персонажа Грибоедова на пике крымских событий поднялся до рекордных 86%! Да и после окончательной победы холодильника над телевизором (с 2013 по 2018 гг. реальные денежные доходы россиян сократились на 11,1%) и так полюбившейся россиянам пенсионной реформы он держится на уровне, о котором большинство европейских лидеров не могут и мечтать.

А каковы шансы выбиться в харизматические лидеры не в имитационных, а в реальных демократиях? «Современным европейским странам, – поясняет политолог Дмитрий Григорьев, – не присуща сакрализация главного лица государства. Что не мешает им сакрализировать должность руководителя страны. Например, в США тоже есть культ, но это не совсем культ личности – это культ института президентства, соответственно, сам президент как личность там не является образом для преклонения. Поэтому у них и не возникает проблем с автократией, так как сакральная должность не подразумевает абсолютной власти личности правителя».

Ограничение власти первого лица создает ниши не только для оппозиции, но и для оппозиционного общественного мнения, следовательно, и для реальной политики, а не имитационной в виде своеобразного варианта «борьбы нанайских мальчиков».

В итоге, сколько бы ни надувал щеки американский президент Дональд Трамп, но большую часть своих усилий и времени он вынужден направлять на преодоление барьеров, созданных политическими противниками, и далеко не всегда ему сопутствует успех.

От плановой уборки к генеральной

После прекращения деятельности НИСЭПИ (июль 2016 г.) невозможно объективно оценить вклад «дела врачей» в рейтинг Лукашенко, но теория подсказывает, что эффект для рейтинга будет скорее положительным, чем отрицательным (величина изменения рейтинга – вопрос отдельный).

Да и как рейтингу не подрасти после такой, к примеру, сентенции, высказанной главой государства 11 сентября на совещании о проблемных вопросах в системе здравоохранения: «Но тот, кто запутался в коррупционной паутине, – мы его оттуда вытащим и определим туда, где он должен быть. Ни для кого это не является секретом, я об этом говорю часто (выделено – С.Н.)».

Кто еще во властной «вертикали» наделен правом публично высказываться в подобном стиле? Нет таких и не может быть.

Первое лицо государства у нас традиционно воспринимается в качестве народного покровителя и защитника от алчной и коррумпированной бюрократии. Он не старший среди равных. Он не один «из них». Он выводится общественным мнением за пределы бюрократии и как бы ставится над ней. Он Батька. Кстати, это имя-прозвище по непонятным мне причинам как-то незаметно утратило былую популярность.

А еще несколько лет назад его можно было отыскать и в официальной биографии на сайте president.gov.by: «А. Г. Лукашенко дорожит поддержкой людей и гордится тем, что в народе его называют «батька» – так всегда называли у нас людей авторитетных, мужественно защищавших интересы семьи и общины».

Замечательное признание, главное, понятное людям с догосударственным мышлением, воспринимающим государство как большую семью, а его руководителя как батьку. В «картине мира» людей с таким уровнем мышления нет место для бюрократии, т.к. ее нет в семье.

Батька символизирует «народное» начало государства. Бюрократию, лишенную собственной легитимности, такая символика устраивает. Она готова голосовать за нее двумя руками, причем, в ежедневном режиме, т.к. тот, кто общественным мнением воспринимается в качестве защитника народа от бюрократии, на деле является защитником бюрократии от народа.

Пребывание большинства населения в состоянии «прости им Господи, ибо они не ведают, что творят» невозможно без постоянных целенаправленных усилий со стороны идеологической «вертикали», что любой сторонний наблюдатель имеет возможность наблюдать. Для этого ему достаточно просто включить телевизор.

Так коллективное воображение становится решающим фактором создания реальности, прямо противоположной воображаемой и желаемой. Такой вот парадокс, воспроизводимый среди родных берез и осин на протяжении тысячелетия. Что в таком случае остается делать первому лицу государства? Подобно персонажам Лопатина периодически поднимать ноги, чтобы дать почувствовать человеку с тряпкой (народу) свою значимость. Согласитесь, по любым меркам плата весьма скромная по сравнению с теми бенефитами, которыми располагает «человек-сидящий-на-троне».

Но какие бы сходства мы не находили межу так называемым президентом, генеральными секретарями и далее вниз по исторической лестнице, следует иметь ввиду, что в досоветский период у первых лиц государства не было потребности в выстраивании демократических декораций. Автократ оставался автократом и формально, и фактически. Любой из них, подобно Ивану Грозному, мог открыто заявить: «а казнить мы своих холопьев вольны, а жаловать – вольны же».

«Если это автократия, – поясняет российский экономист Владислав Иноземцев, – то она должна оставаться автократией без всяких «но», иначе в ней начнут накапливаться системные противоречия, противоречия юридические, противоречия личностные. Когда люди, декларирующие на словах свободу и демократию, вынуждены в реальности существовать при автократии, привыкая на вербальном уровне к вранью. Вранью, ставшему у нас образом жизни «человека власти».

Безусловно, вранье до определенного предела может быть выгодно. Оно безболезненно воспринимается населением на стадии экономического роста. Но когда рост сменяется затяжным падением, то обязательно появится тот, кто открыто призовет «жить не по лжи». Он будет услышан. Никакие глушилки тут не помогут. И тогда «человек с тряпкой» от плановой влажной уборки перейдет к уборке генеральной, для чего ему потребуется вынести трон, а заодно и «человека, сидящего на троне».

Как это происходило на практике, мои сверстники имели возможность наблюдать в годы горбачевской Перестройки.

Сергей Николюк, belrynok.by

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: