Возможное расширение блока за счёт партнёров и наблюдателей – примета времени

РИА Новости

 

В преддверии намеченной на 8 ноября очередной встречи Совета коллективной безопасности (высший орган Организации Договора Коллективной Безопасности, в который входят лидеры государств) ОДКБ может получить качественно новое институциональное наполнение. У регионального военно-политического блока могут появиться партнеры и наблюдатели, что позволит ему более активно сотрудничать с другими странами и организациями. Специальный правовой статус, не предполагающий прямого членства в ОДКБ, позволит обмениваться информацией, активизации контактов, участия в планировании, в совместных учениях или даже (если потребуется) – в военных операциях.

По сведениям источников российского издания «Коммерсант», перспектива обрести статус партнеров и наблюдателей может заинтересовать некоторые страны постсоветского пространства, а также Сербию и Афганистан. Аналогичные форматы, как известно, имеются у Североатлантического Альянса, сотрудничающего подобным образом с несколькими десятками государств, включая членов ОДКБ. В качестве примера можно вспомнить хотя бы «грузинские» учения НАТО «Достойный партнёр-2018» с участием армянских военнослужащих. Казахстан и Армения участвуют в международных миротворческих миссиях под эгидой НАТО в Ираке и Афганистане, да и сама Россия до начала 2014 года развивала сотрудничество с Альянсом в рамках программы «Партнерство ради мира». Однако, как известно, после государственного переворота на Украине и крымского референдума 16 марта 2014 года, по итогам которого автономия сменила национально-государственную принадлежность, это сотрудничество по инициативе Брюсселя было прекращено. ОДКБ неоднократно предлагала НАТО сотрудничество, в частности, по вопросам борьбы с международным терроризмом, однако альянс под давлением Вашингтона неизменно отвечал на подобные предложения отказом. Несмотря на частичное функционирование каналов военно-политической коммуникации, страны НАТО целенаправленно наращивают военное присутствие и интенсивность учений по периметру российских границ – в Прибалтике, Восточной Европе, на Украине, в Грузии и др. Стратегия действий альянса на евразийском пространстве опирается на широкое вовлечение в натовские форматы сотрудничества местных элит, подкрепляемые активной «публичной дипломатией».

В секретариате ОДКБ пояснили, что консультации по правовому оформлению статусов её наблюдателя и партнера уже проведены, и «по итогам рассмотрения проектов соответствующих документов принято решение считать их согласованными». Теперь предстоит согласовать новшества соответствующими ведомствами стран-членов организации (Россия, Армения, Беларусь, Казахстан, Киргизия и Таджикистан), после чего их должны утвердить министры иностранных дел, обороны, а также секретари Советов национальной безопасности. При том, что ни один из участников ОДКБ не выступает против предстоящей реформы, не исключено возникновение различных поправок и замечаний, что затянет процесс внесения в уставные документы организации соответствующих поправок.

О необходимости появления у ОДКБ партнёров и наблюдателей говорится с подачи Минска уже не первый год. Однако дело сдвинулось с мёртвой точки благодаря запросам ряда стран, рассматривающих возможности своего сотрудничества с ОДКБ по отдельным направлениям без официального вступления. К примеру, по словам министра обороны Сербии Александра Вулина, у его страны «нет планов стать членом ОДКБ или членом НАТО, но есть огромное желание углублять сотрудничество с ОДКБ и ее членами». Балканская страна, ставшая в конце 1990-х годов жертвой варварских бомбардировок НАТО, и сегодня находится под прицелом геополитических амбиций балканских стратегов Белого Дома. В 2016 году Белград подписал с западным альянсом Индивидуальный план партнерства (IPAP), в соответствии с которым натовские военные получили в Сербии дипломатический иммунитет и право свободного перемещения. Регулярно проводятся военные учения, что намного превышает интенсивность совместных мероприятий с Россией. В частности, в ноябре 2017 года Сербия и НАТО на белградском аэродроме Батайница провели учения Double Eagle. Со стороны США в маневрах был задействован личный состав 503-го пехотного полка 173-й воздушно-десантной бригады: 200 десантников, десантировались с самолета C-130, сербская армия переводится под стандарты НАТО.

Несмотря на столь активное сотрудничество, сербские власти под перманентной угрозой возобновления «горячей фазы» косовского конфликта (где западные партнёры априори будут на стороне албанцев) заинтересованы в обретении дополнительных рычагов для обеспечения национальной безопасности. В сентябре прошлого года сербские военнослужащие наблюдали за учениями ОДКБ «Нерушимое братство-2017» на территории Казахстана. В нынешнем году, они понаблюдают за учениями «Нерушимое братство-2018»; кроме того, в учениях «Кобальт» в Казахстане будет задействовано сербское разведывательное подразделение. Получение партнёрского статуса в рамках ОДКБ укрепило бы позиции Белграда в диалоге с западными партнёрами. Для России же, как отмечает Eurasia Expert, отношения с Белградом «важны прежде всего с точки зрения сохранения формы нейтралитета, благожелательного по отношению к России». А в перспективе было бы полезно выработать компромиссную модель, пригодную для «как для нейтральных стран, так и для стран, которые не являются нейтральными, но вряд ли могут рассматривать Россию как потенциального противника в силу географических, военно-стратегических, экономических или исторических причин».

Ещё одной страной, потенциально заинтересованной в официальном оформлении связей с ОДКБ, может стать Афганистан. Частичная военная оккупация силами ISAF приводит лишь к новым военным успехам талибов, контролирующих, по разным оценкам, около половины территории страны. Конечно, ничто из членов ОДКБ не собирается вмешиваться во внутриафганский конфликт, однако в условиях очевидного кризиса западных военных усилий в этой стране наличие дополнительной площадки обсуждения проблем «кладбища империй» вовсе не помешает. Особенно – в случае возрождения интереса к ОДКБ со стороны Узбекистана, активно налаживающего военное и военно-техническое сотрудничество с Москвой. Кроме того, недавно Ташкент посетила делегация запрещённого в России движения «Талибан», по факту являющегося важной частью местного этнополитического ландшафта. Возможное обретение статуса партнёра ОДКБ, предполагающего более тесные связи, чем статус наблюдателя, позволило бы укрепить региональную роль крупнейшей по населению центральноазиатской страны. Созданные в 2009 году Коллективные силы быстрого реагирования ОДКБ (17 тысяч человек) – едва ли не единственная сила, способная к быстрому развёртыванию, при возникновении чрезвычайных обстоятельств, на таджикско-афганской границе (1). В северных провинциях Афганистана концентрируются боевики запрещённой в России запрещённой в России группировки «Исламское Государство». Будучи полноправными членами ОДКБ, Таджикистан и Киргизия защищены её «зонтиком безопасности», в то время как Туркменистану придётся противостоять угрозе трансграничного терроризма в одиночку. Впрочем, положение может несколько измениться в случае предоставления ему, как и Узбекистану, индивидуального статуса по определённым направлениям взаимодействия.

Характерно, что в середине августа некоторые азербайджанские СМИ также обратились к теме возможного участия этой прикаспийской страны в ОДКБ. В частности, в интервью проправительственному порталу haqqin.az глава комитета Милли-меджлиса по правовой политике и государственному строительству Али Гусейнли отметил: «учитывая современные реалии, новую геополитическую ситуацию, лидирующую позицию Азербайджана на Южном Кавказе и возрастающую военную мощь нашей страны, было бы целесообразно рассмотреть вопрос о нашем участии в ОДКБ». Даже некоторые из тех, кто настроен категорически против такой идеи, признают, что более тесное сотрудничество с ОДКБ – это шаг в правильном направлении. «В случае присоединения Азербайджана к ОДКБ нагорно-карабахский конфликт для России превратится в конфликт между двумя партнерами по данной организации, что даст ей основания для активизации своих посреднических усилий по его разрешению», – полагает А. Гусейнли. Комментируя возможные изменения в уставных документах ОДКБ, бакинские СМИ предполагают, что Азербайджан может получить либо статус наблюдателя, либо «сразу стать полноправным участником этого блока».

Ни для кого не секрет, что любой интеграционный формат (отнюдь не только «постсоветский») в Баку рассматривают исключительно в контексте извлечения политико-дипломатических и иных дивидендов в многолетнем противостоянии с Ереваном и Степанакертом. В то же время, как напоминает политолог Ильгар Велизаде, «Азербайджан в последние годы смог утвердиться в качестве площадки переговоров между НАТО и Россией. Потому что Азербайджан нейтральная страна. А члены ОДКБ не могут быть нейтральными, и в таком случае Азербайджан теряет статус нейтральной страны. С другой стороны, Азербайджан утрачивает поле для внешнеполитического маневра». Да и изменения внешнеполитической линии Москвы в карабахском вопросе в чаемом Баку направлении всё же крайне маловероятны. Расчёт на раскрутку «казуса Хачатурова», потенциально способного осложнить российско-армянские отношения, не оправдался. Несмотря на апрельскую смену власти, для Армении членство в ОДКБ остаётся одним из ключевых направлений международного сотрудничества, способным обеспечить военную безопасность страны. Вместе с тем, премьер-министр Армении Никол Пашинян предлагает участникам ОДКБ уточнить свои обязательства друг перед другом. В частности, после продажи Азербайджану РСЗО «Полонез» с белорусской составляющей Ереван говорит по этому поводу с Минском «прямо, открыто, честно». Это, однако, никак не сказалось на явно возросшем в последнее время уровне военных контактов между Беларусью и Азербайджаном, и проблемы, обусловленные как нагорно-карабахским конфликтом, так и разногласиями между участниками блока (например, между Москвой и Минском), и далее будут негативно сказываться на дееспособности ОДКБ.

* * *

Растущее значение ОДКБ подтверждается тем обстоятельством, что заместитель Генерального секретаря ООН по операциям по поддержанию мира Жан-Пьер Лакруа заинтересовался возможным созданием под эгидой этого блока миротворческих сил для проводимых под флагом ООН международных операций. Напомним, соглашение о миротворческой деятельности ОДКБ вступило в силу в январе 2009 года. Миротворческий потенциал ОДКБ предполагается использовать после получения соответствующих санкций Совета Безопасности ООН как на территории государств самого ОДКБ и СНГ, так и за их пределами. Миротворческие силы (МС) ОДКБ насчитывают около 3500 человек. Как отмечалось выше, у России, Армении и Казахстана уже имеется опыт участия в международных миротворческих операциях. Активным участием в замирении юго-запада Сирии российская военная полиция возродила парализованную с 2012 года наблюдательскую миссию ООН на Голанских высотах у границ с Израилем. В минувшем апреле организация провела экстренное совещание для обсуждения ситуации в Сирии. ОДКБ способна внести заметный вклад в осуществление потенциальных миротворческих операций в Афганистане, Сирии, Ливии, в других странах, ставших жертвами геополитических экспериментов Запада. Участие сил ОДКБ повысит авторитет любой международной миротворческой операции или операции по поддержанию мира под флагом Организацией Объединенных Наций. Несмотря на ограниченный пока что характер сотрудничества с третьими странами и международными организациями, ОДКБ способна стать одним из ключевых элементов формирующейся системы коллективной безопасности на евразийском континенте.

Андрей Арешев, Военно-политическая аналитика

Примечание

(1) Помимо частей и соединений вооруженных сил в КСОР также входят подразделения специального назначения органов внутренних дел, органов безопасности и других спецслужб, а также органов в сфере предупреждения и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций.

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: