Претензии Лукашенко нельзя назвать стратегическим разворотом от России или ЕАЭС, это вполне стандартное для него изменение риторики в сложной ситуации.

Александр Лукашенко, Sputnik Кыргызстан

 

Лукашенко намерен обсуждать с президентами других стран ЕАЭС 6 декабря в Санкт-Петербурге создание равных условий для предприятий на рынке энергоресурсов.

“Если неравные условия, со временем на наших предприятиях можно “поставить крест”. Вы, допустим, по 40 долларов газ получаете, а мы 200-250. Разница огромная. Мы тогда должны и по другим затратам, у нас тогда зарплата не получается, как в России. Разные условия. Я с этим еду, прежде всего”, – цитирует «Интерфакс» интервью А.Лукашенко телеканалу “Россия 24».

Почему претензии Лукашенко к ЕАЭС адресованы в первую очередь России?

Собеседник Беларускай праўды – старший аналитик Альпари Вадим Иосуб.

-В одной точке сошелся целый ряд проблем, поэтому есть претензии обоснованные и необоснованные. И не все они непосредственно связаны с ЕАЭС.

С одной стороны, существует ЕАЭС, как и любое подобное партнерство, подразумевает четыре свободы: свобода передвижения товаров, движения работ и услуг, рабочей силы и свободу передвижения капитала. С реализацией свобод изначально начались проблемы; казалось бы, самое простое – свободное перемещение товаров, без границ, на равных условиях натолкнулось на изъятия и ограничения, в том числе и на энергоносители. Общего рынка газа, нефти и электроэнергии внутри ЕАЭС до сих пор не существует, что не совсем правильно. Безусловно, абсолютно обоснованные нарекания вызывают так называемые «неторговые барьеры»: санитарные и фитосанитарные нормы, с помощью которых, как мне кажется, по надуманным причинам постоянно создаются препятствия по поставкам мясной и молочной продукции из Беларуси в Россию.

Здесь надо вспомнить отдельный пласт вопросов, который мало связан непосредственно с ЕАЭС, – льготы при поставках энергоносителей. Раньше Беларусь очень долго пользовалась льготными ценами на газ – со временем льготы отменили, сейчас Беларусь пользуется льготными ценами на нефть. Прямо скажем, российская сторона имеет право провести налоговый маневр (это внутреннее право России, а членство в ЕАЭС не запрещает проведение маневра), что безусловно ведет к выпадению доходов из беларуского бюджета и снижению доходов (вернее, к увеличению убытков беларуских нефтепереработчиков). Лукашенко высказывает недовольство этим: по разным подсчетам, «налоговый маневр» за шесть лет реализации обойдется Беларуси потерей от 6 до 10 миллиардов долларов суммарно. Сам по себе «налоговый маневр» приведет к тому, что цены на сырую нефть будут расти – и в России, и для Беларуси. В России решено компенсировать рост цен на нефть российским нефтепереработчикам (кстати, не всем и по разным хитрым формулам), а Лукашенко хочет, чтобы эта схема работала и для беларуских нефтепереработчиков. Россия принципиально согласна, готова обсуждать межбюджетные трансферты для подобной компенсации, Беларусь же хочет получить компенсацию в виде скидок цены на нефть.

Чисто экономические вопросы накладываются на проблемы в политической сфере: существуют многолетние разногласия по вопросам военных баз, нейтралитета Беларуси в отношениях между Россией и Украиной, что нравится не всем в России.

А многочисленные торговые войны всегда вызывали ужесточение риторики Лукашенко в адрес России, но когда войны приходили к компромиссу, то риторика в отношении Росси быстро смягчалась, сразу вспоминали про «союз», «братскую дружбу» и прочее. Нельзя назвать претензии Лукашенко стратегическим разворотом от России или ЕАЭС, это вполне стандартное для него изменение риторики, которое он использует не первый и не последний раз.

-По сути дела, Лукашенко высказывает претензии к ЕАЭС, но адресует их России?

-Безусловно. Хотя формально просматривается и вина ЕАЭС: союз не стал тем механизмом, который бы препятствовал России как крупнейшему участнику ЕАЭС предпринимать не вполне справедливые шаги по отношению к партнерам.

-Есть ли у Лукашенко шансы «выбить» на предстоящем заседания решения в свою пользу?

-Вопрос в следующем: какие именно решения удастся «выбить»? Россия изначально готова обсуждать какие-то межбюджетные трансферты, в Москве не говорят: ничего компенсировать не будем – идите к черту! Вопрос не в том, удастся ли чего-то добиться, а чего именно? Сейчас сложно прогнозировать развитие событий.

С точки зрения России чем хороша компенсация в виде межбюджетных трансфертов? Наверняка эти деньги будут перечисляться частями, и в любой момент Россия будет иметь рычаг давления: может заморозить перечисления, если возникнет желание оказать давление на Лукашенко. Если же «вшить» преференции в цены на нефть, заключить контракт на поставку нефти, в котором цены на нефть будут жестко «вшиты», тогда у России останется меньше рычагов давления на Минск. Думаю, каждый будет стоять на своем; к какому компромиссу удастся прийти – прогнозировать не возьмусь.

-Значит, жесткая риторика Лукашенко – рычаг морального давления на Россию с целью выбить максимальный объем преференций?

-Я бы поостерегся говорить про давление на Россию, хотя Лукашенко надеется, что его позицию будет донесена до российского руководства. Я вообще не уверен, что у Лукашенко есть хоть какие-то инструменты давить на Россию. Лукашенко в течение многих лет умело пользуется тем, что у России осталось мало политических союзников.

Георгий Громов, Беларуская праўда

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: