Организованные через социальные сети протестные выступления после парламентских выборов 2011 года в России и события “арабской весны” четко продемонстрировали Кремлю силу Интернета, как инициатора демократических процессов.

Для достижения внутриполитической стабильности в России был усилена контроль информационного пространства. Позднее для вытеснения из виртуального пространства информации и антикремлевских настроений были предприняты кибероперации и на международной арене.

“Информационное противоборство”, основным эффектом которого было формирование и управление поведенческого сознания целевой аудитории, является для Кремля одним из средств доминирования на мировой арене. Важным направлением информационного противоборства являются нападки на институты и системы других государств, дискредитация систем, форм демократического правления, и ключевых политических фигур. С этой целью в 2014 году начиная от кибератак, осуществленных на избирательную систему Украины, кибероперации более или менее успешно использовались в процессе президентских выборов США и Франции, и Бундестага Германии.

Российская специфика манипуляции результатами выборов

Схема российского вмешательства в избирательные процессы, и манипуляции результатами проста: задолго до выборов посредством кибершпионажа происходит добыча сенситивной информации, существующей в информационных системах, или их сбор из открытых источников по определенному признаку, а затем распространение с целью дискредитации политических фигур или институтов. Одновременно, налицо комментарии троллей и “полезных идиотов” по заранее выдвинутым темам, текущим событиям, и информации с использованием фальшивых профайлов и блогов, внедрение российского наратива, и формирование желаемого общественного мнения.

Вмешательство с российской стороны в президентские выборы США 2016 года, помимо компрометации конкретного кандидата, преследовало целью дискредитацию демократических процессов. Глава контрразведки Германии Маасен ставит под сомнение, что Россия поддерживала какого-либо кандидата, как на выборах США, так и на выборах Бундестага 2017 года. По его мнению, Россия в выборах Германии действовала не в пользу какой-либо конкретной партии, а с целью ослабления доверия к демократическим институтам, и сокращения внутриполитической поддержки любого будущего канцлера. Глава государства с низкой степенью доверия, как в случае Германии, так и США, был бы дополнительной выгодой для российской внешней политики. В выводах, подготовленных американскими разведслужбами, предполагается, что Россия будет использовать аналогичные технологии для усиления своего влияния во всем мире, с целью вмешательства в избирательные процессы союзников США.

Российский след в грузинских выборах

Учитывая степень заинтересованности России во внутриполитических процессах Грузии, степень уязвимости наших сетей и проникновения в них хакеров, разумеется, российское влияние на президентскую избирательную кампанию заслуживает внимания. Известный факт, что у хакеров, связанных с Кремлем, в том числе у группа APT28, долгое время был несанкцированный доступ к грузинским государственным, коммуникационным, и бизнес-сетям, в результате чего неизвестная для грузинских служб, но, предположительно, большого размера сенситивная информация годами оказывалась в руках российских спецслужб. Та же организация несет ответственность за факты кибершпионажа в предвыборный период на правительственные сети США, Германии, и Франции. В наших выборах, кроме нелегально полученных компрометирующих материалов, еще одним источником контента для распространения стали мнения и высказывания того или иного кандидата или политических сил, их сторонников на сенситивные темы и процессы, размещенных в открытых ресурсах и социальных сетях.

На фоне контролируемого распространения в обоих направлениях компрометирующих материалов, аудио и видеофайлов, оптимизированного тиражирования существующих в открытых источниках материалов, избирательная кампания шла в крайне негативном разрезе. Происходило манипуляционное акцентирование сверх-сенситивных тем, разжигание обсуждения и укрепление антагонистических позиций посредством троллей, интернет ботов и других средств.

Сложилось положение, когда независимо от того, кто будет победившим кандидатом в президентских выборах, сразу в нескольких направлениях формировались благоприятные для Кремля настроения, что содержит опасность для нашего государства.

Результаты:

– Сделав акценты на тайные или явные связи с Россией, и тиражированием соответствующего контента, оба кандидата были максимально дискредитированы. По отношению избранного президента внедрился имидж поддерживаемой или управляемой Россией, что практически лишает ее должной внутриполитической поддержки. Для укрепления такого имиджа официальные персоны России даже на парламентском и правительственном уровне не избегали заявлений в поддержку отдельных кандидатов. Президент, лишенный должной внутриполитической поддержки, будет лишен также возможности для политического варьирования и гибкости во время ведения переговоров по деоккупации (пусть с враждебной силой).

– Победа кандидата с имиджем поддерживаемого оккупантом вызывает разжигание антагонистических настроений, и формирование максимально большого протестного электората. Такое ведение кампании вызвало формирование оппозиции, антагонистически настроенной к избранному президенту (40-45% избирателей). В этих условиях вместо концентрации на важные для государства вопросы период ее правления в основном будет отводиться преодолению этого сопротивления.

– Восприятие президента, высшего главнокомандующего страны, как связанной с Россией персоны, вызывает в обществе ощущение, что лояльные к Кремлю силы укомплектовали правящие круги страны, что со своей стороны обуславливает формирование-усиление пророссийских сил и элит.

– Росту лояльных настроений к Кремлю и узурпации-дискредитации национальной идеи способствует проведение резко пророссийскими политическими силами многолюдных акций, насыщенных национальной проблематикой будто бы с целью консолидации народа перед вторым туром. Это, возможно, некий сигнал для России о готовности пророссийских политических сил к участию в управлении страны в той или иной форме. Кроме того, такие акции еще больше усилили чувство поддержки пророссийскими силами кандидата/избранного президента, и ощущение, что пророссийские партии заняли нишу национальных сил.

– В крайне проигрышном контексте для государства была выдвинута тема инициатора российско-грузинской войны 2008 года, и псевдоугрозы привлечения грузинских военных к международному суду. Позже имело место озвучивание тематики 9 апреля в международных коммуникационных сетях в оскорбительной форме. Тему оркестрировали и масштабно комментировали тролли и “полезные идиоты”. Разъединяющая пропаганда вокруг темы затронула авторитетные группы, такие как военнослужащие, ветераны, Церковь и др.

– После 2012 года в оценке международных наблюдателей и стратегических партнеров впервые прозвучала критика избирательной системы и процесса, как в контексте негативной избирательной кампании, так и неравномерного распределения ресурсов и подкупа избирателя в пользу одной из сил. Такие оценки, тем более в случае углубления проблемы в будущих парламентских выборах, могут быть использованы противоборствующей стороной для объяснения затягивания во времени евроатлантической интеграции, и переноса акцента от российского “вето”. Тот же фактор снимет у стран, скептически настроенных к евроинтеграции Грузии, дискомфорт, который создает демократическому сообществу влияние российской позиции на интеграцию страны в евроатлантический блок. Такое развитие событий будет содействовать разжиганию чувства политической и экономической нестабильности, что является одной из основных целей информационной конфронтации.

Таким образом, в отличие от президентских выборов США, где помимо дискредитации демократических процессов и избирательной системы Россия явно действовала с целью компрометации одного из кандидатов, в президентских выборах Грузии российские интересы были сконцентрированы на максимальную дискредитацию обеих кандидатов с целью ослабления внутриполитической поддержки избранного президента.

Значительный пропагандистский ресурс был потрачен на то, чтобы в случае победы любого кандидата у избранного президента был имидж поддерживаемого Россией, что с одной стороны сформировало бы антагонистически настроенный большой протестный электорат, а с другой стороны пророссийскую элиту.

Кроме вышеизложенного, крайне негативный пропагандистский заряд был направлен на раскол общества по признаку особенно сенситивной государственной тематики. В ходе президентской кампании подчеркивалась роль политических элит с явно пророссийскими настроениями, с целью будто бы консолидации населения вокруг национальной идеи под их эгидой.

Такие тенденции следует принять во внимание, поскольку если будет сформирована критическая масса, изменение сознания в пользу Кремля, крайне опасный процесс формирования пророссийских элит может стать предпосылкой конвенционного нападения и содействующим ему фактором.

Андрия Гоциридзе, консультант по кибербезопасности,

Грузия online

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: