История жительницы Молодечно Олеси Садовской станет самой красочной иллюстрацией для исследователей, которые захотят написать историю «карательной психиатрии» в современной Беларуси. После избиения в РОВД Молодечненского района женщина начала искать справедливости. Однако нашла одно уголовное дело, психушку, второе уголовное дело – и снова психушку, у нее отобрали дочь.

Олеся Садовская после приговора по уголовному делу, Sputnik

Олеся Садовская после приговора по уголовному делу, Sputnik

Последние четыре месяца Олеся Садовская провела на колесах: между ИВС Молодечненского района, Жодинской тюрьмой, СИЗО на Володарского в Минске и «Новинками». Заключительным аккордом тюремно-психиатрических скитаний стал приговор по уголовному делу и решение по гражданскому делу об отобрании дочери.

Впрочем, обо всем по порядку.

ИВС, Жодино, Володарка, «Новинки»…

25 февраля Олесю Садовскую сняли с поезда в пункте пропуска Гудогай, когда она направлялась на семинар для женщин-кандидаток на парламентские выборы от кампании «Наш Дом». Женщину задержали на 72 часа, аргументировав это тем, что «возбуждено какое-то уголовное дело»

О том, что с ней происходило на протяжении четырех месяцев после задержания, Олеся Садовская рассказала Беларускай праўдзе.

-Я хала в Вильнюс на семинар для женщин, которые собираются выдвигаться кандидатами в депутаты. Меня сняли с поезда «Минск-Вильнюс» на станции Гудогай: при прохождении пограничного контроля мне сообщили, что я невыездная. Я собрала чемодан, вышла из поезда. Мне заявили, что я задержана на три часа, и следующим поездом отправлюсь обратно в Минск. Однако в течение трех часов приехали сотрудники УВД, следователь, сообщили, что в отношении меня возбуждено уголовное дело. На тот момент никаких документов мне не предъявили. Меня силой затолкали в машину и увезли в ИВС Молодечненского района.

Назавтра меня допросили и назначили судебно-психиатрическую экспертизу. Ко мне применили меру пресечения – содержание под стражей: с четверга по вторник я находилась в ИВС в Молодечно, во вторник отправили в Жодино в тюрьму.

Я пережила сильнейший стресс. Первые пять дней я находилась в полубессознательном состоянии: меня била судорога, даже поместили в больничный корпус. Обслуживающий персонал тюрьмы был внимателен ко мне, никакого грубого, предвзятого отношения ко мне я не ощутила, наоборот, чувствовалось сочувствие.

Через пять дней меня перевели в общую камеру, а еще через четыре дня меня отправили на Володарку, которая является транзитным пунктом между тюрьмой и «Новинками». Через два дня меня отправили в «Новинки» на экспертизу.

В «Новинках» контингент в камере меня не устраивал, поэтому меня поместили в изолятор, где я провела пять недель. Пять недель для меня стали отдыхом; конечно, я страдала, но это было лучше, чем находиться в тюрьме.

Более того, хочу отметить внимательное отношение психолога, с которой я пошла на контакт, эксперту Государственного комитета экспертиз Голубович Валерии Валерьевне, которая меня поддержали. И сделали соответствующее заключение; я согласна не со всеми выводами, но это заключение ближе всего к реальности. Но признание того, что я не нуждаюсь в принудительном лечении, показатель того, что были нарушены мои права. А «смешанное расстройство личности», которое использовано против меня даже в приговоре, легко устраняется.

Через пять недель мне предстояло перейти в общую камеру – я не хотела. Я держалась за изолятор как за спасительную соломинку, тем более, что условия в общей камере очень жесткие: там не разрешены ни ручки, ни бумага, хотя мне в изоляторе выдавали и ручку, и бумагу по необходимости. Выдали даже два матраца – по состоянию здоровья я не могла спать на очень жесткой тюремной кровати.

Чытайце па тэме:  Бацька Бандарэнкі звяртаецца ў Камітэт па правах чалавека ААН

Через пять недель меня снова повезли на Володарку, откуда через два дня меня отправили в Жодино. И только тогда мне предъявили обвинение. Вернее, после этапа, в 6 часов вечера, следователь попыталась предъявить мне обвинение – такое нечеловеческое отношение, словно я не человек, а некое существо.

Позже уголовное дело закрыли. Я написала жалобу в управление собственной безопасности Следственного комитета на действия следователя – не стали даже рассматривать в связи с тем, что дело находится в суде. Понимаю, что Следственному комитету выгоднее не рассматривать нарушения со стороны своих сотрудников, потому что их можно использовать в суде против самого СК.

Я написала также жалобу, что недостаточно исследованы обстоятельства дела – мне сразу же предъявили второе обвинение по тем же основаниям, опросили меня – и снова закрыли дело. Я не поняла вообще, что это было. Следователь вообще двух слов связать не могла – спрашивать было не у кого.

К слову, именно она вела и первое уголовное дело в отношении меня, которое возбудили в 2014 году. Если бы она вовремя назначила экспертизу (она отказала мне в назначении экспертизы), а когда ее назначил суд, мне предписывалось снова лечь в стационар. Я не смогла этого сделать, так как я очень переживала за дочь. Если бы следователь назначила тогда экспертизу, мне бы не пришлось снова ложиться в «Новинки».

К следователю накопилось очень много вопросов: согласно УПК, полнота исследования обстоятельств дела лежит на следователе и гособвинителе. В данном конкретном случае ответственность лежит и на суде, а не на экспертах. Суд мог бы назначать не принудительное наблюдение, а амбулаторное. Но суд признал законным то решение, за которое придется отвечать. Даже если меня убьют, общественность этого не забудет.

Сколько веревочке ни виться, конец все равно будет.

Приговор: два года «домашней химии»

17 июня 2016 года судья Павел Жечко суда Молодечненского района осудил Олесю Садовскую на 2 года и 6 месяцев без направления в учреждение ограничения свободы.

Суд признал Олесю Садовскую виновной в нарушении части 1 статьи 366 Уголовного кодекса — «насилие или угроза насилия в отношении лица, исполняющего свои должностные полномочия». Через… «месть за исполнение должностных обязанностей».

Потерпевшей в суде выступала заведующая отделом образования, спорта и туризма Молодечненского райисполкома Инна Драпезо. Она утверждает, что 1 февраля 2016 года Олеся Садовская в своем кабинете ударила ее по щеке, пыталась задушить, таскала за волосы и била ногами. Обвинение говорит, что в результате Драпезо получила отек щеки, гематомы и царапину на ногах — «легкие повреждения». В качестве свидетелей выступали сотрудницы отдела образования.

1 001 1 002

1 003

Рассказывает Олеся Садовская:

-На суде я сделала заявление, чтобы начальника отдела образования Драпезо привлекли к уголовной ответственности за организацию процедуры отобрания ребенка на заведомо незаконных основаниях, потерпевшая просила не давать оценку ее должностным обязанностям.  Почему суд не рассмотрел мое заявление и признал меня виновной в нарушении статьи 366 УК – большой вопрос. Но суд не ссылался на решение по гражданскому делу, поскольку оно не вступило в законную силу.

Чытайце па тэме:  144 приговора задержанным во время акций в Минске (список)

На последнем заседании по моему уголовному делу прокуратура ходатайствовала о проведении повторной судебно-психиатрической экспертизы, что меня порадовало. Существуют противоречия между двумя экспертизами: в одной я – совершенно больна хроническим заболеванием и нуждаюсь в принудительном решении, в другой – у меня есть личностные особенности, которые не требуют медикаментозного лечения и коррекции. Мы объяснили суду, что уже имеются пять судебных заключений, согласно которым я не нуждаюсь в лечении в силу отсутствия психических отклонений. И одно заключение, которое не относится к разбирательству в рамках уголовного дела. Поэтому ходатайство прокуратуры я воспринимаю как проявление паники: мало того, что меня кололи четыре месяца в психушке, так решением суда от 12 февраля 2016 года меня перевели с амбулаторного лечения на стационарное. Как оказалось, у меня нет болезни, от которой меня «лечили». Эксперт в последней экспертизе подтвердил этот факт.

Паника вызвана тем, что Минский областной суд отказался отклонить решение суда Молодечненского суда. Сейчас нужно обжаловать это решение по вновь открывшимся обстоятельствам, однако мы не станет этого делать – пускай крутятся, как хотят. Почему прокуратура бездействовала, когда суд повторно решил отправить меня в стационар по первому уголовному делу. Почему прокуратура бездействовала, когда отдел образования ходатайствовал об отобрании у меня ребенка на незаконных основаниях.

«Дочь вернули в течение недели»

25 июня Олесе Садовской вернули восьмилетнюю дочь, которая более года провела в социальных приютах и приемных семьях.

-Молодечненский райисполком принял решение вернуть дочку домой. В субботу я приехала в пионерский лагерь – проведать дочку, директор начал меня поздравлять. Я не понял – с чем? Он объяснил, что в пятницу в 14.50 ему позвонили и сообщили, чтобы ребенка отдавали матери, то есть, мне. Исполком принял решение забрать ребенка из приемной семьи и вернуть мне. Все произошло буквально в течение недели, — радуется Олеся Садовская.

sad1

25 мая судья Молодечненского райсуда О.Гуц отклонила иск Молодечненского отдела образования к Олесе Садовской и встречные требования жительницы Молодечно.

«Перечень заболеваний, при которых родители не могут выполнять родительские обязанности, утвержденный постановлением Министерства здравоохранения Республики Беларусь от 30 марта 2010 года №36.э разработан на основе статьи 93 КоБС, регулирует вопросы возмещения родителями расходов, затраченных государством на содержание детей, находящихся на государственном обеспечении, и таким образом, сам по себе факт наличия заболевания, предусмотренного перечнем, не является основанием для отобрания ребенка», – говорится в мотивировочной части судебного решения.

Фактически суд признал незаконным основания для отобрания Катерины Садовской у матери.

sud1

sud2 sud3 sud4

-На 40 листах эксперты сделали вывод, что мне невозможно поставить заключение.  Эксперты четко указывают суду о неправомочности применения перечня заболеваний, на которое ссылались начальник Молодечненского отдела образования Инна Драпеза и Молодечненский райисполком при отобрании моего ребенка.

Заказчики экспертизы выставили два вопроса: имеется ли у меня заболевание либо расстройство, и могу ли я ос состоянию своего здоровья заниматься воспитания ребенка. Не нашлось фактов для признания моей семьи неблагополучной, поставленные вопросы не относятся к компетенции Государственного комитета экспертиз.

Судья сослалась на недостаток доказательств для признания моей семьи социально неблагополучной, на основании чего и отказала в иске отделу образования.

Чытайце па тэме:  Судный день: за солидарность с Украиной дали 55 суток ареста на пятерых, Нина Багинская оштрафована на 3600000 рублей

Судья также отказала мне во встречных исковых требованиях, я считаю, законно, поскольку они не очень корректно сформулированы. Хочу заметить на будущее: если судья апелляционной инстанции при обжаловании приговора по моему уголовному делу не будут рассмотрены законность действий отдела образования по законности организации процедуры отобрания ребенка на заведомо незаконных основаниях, нам придется подавать в суд для решения этого вопроса. Именно эти обстоятельства легли в основу возбуждения уголовного дела, однако до сих пор не рассмотрены судом по просьбе потерпевшей с учетом желания прокуратуры.

Исходя из интересов ребенка, в настоящее время органам опеки необходимо обратиться с заявлением о внесении изменений в вышеназванное решение, поскольку изменились обстоятельства, которые легли в основу решения. Суд указал инспектору по охране детства, чтобы они обратились с заявлением в исполком о внесении изменений в обстоятельства, положенные в решение, – рассказывает Олеся Садовская.

Получив на руки мотивировочную часть решения суда, женщина тут же обратилась с заявлением в Молодечненский райисполком. Через неделю девочку вернули матери.

Экспертиза признала, что Олеся Садовская не нуждается в медикаментозном лечении, суд приговорил женщину к двум годам «домашней химии», дочку вернули домой.

Долгожданный хэппи-энд?…

Справка.

История начались в 2012 году после того, как Олеся Садовская пожаловалась на действия сотрудников милиции города Молодечно, применивших к ней грубую силу. С тех пор уже несколько лет продолжаются злоключения и Олеси, и её дочери Катерины.

В 2014 году Олесю Садовскую  обвинили по ст. 364 УК — «Насилие в отношении сотрудника органов внутренних дел в целях мести за выполнение служебной деятельности» — и осудили на шесть месяцев принудительного психиатрического лечения. Поводом для уголовного дела стал случай, когда Садовская «нанесла не менее 10 ударов» женской сумочкой и руками сотруднику МВД. После 4 месяцев стационарного лечения в РНПЦ психического здоровья ее выписали для амбулаторного наблюдения с диагнозом «хроническое аффективное расстройство».

1 сентября 2015 года судья Молодечненского районного суда Игорь Гаранович, рассмотрев иск Молодечненского отдела образования об отобрании дочери у Олеси Садовской, принял решение: «Отобрать у Садовской Олеси Петровны дочь Екатерину, 2007 года рождения, и передать ребенка на попечение органа опеки и попечительства Молодечненского районного исполнительного комитета». Государство отобрало Катю без лишения Олеси Садовской родительских прав.

Однако девочка отобрана у матери по решению Молодечненского райисполкома, принятому еще 16 марта 2015 года, и сейчас находится в приемной семье.

28   декабря Минский областной суд отменил решение суда первой инстанции по иску отдела образования  Молодечненского района об отобрании дочери у Олеси Садовской и направил его в суд Молодечненского района для исследования дополнительных обстоятельств.

В феврале Минский областной суд направил дело в суд Молодечненского района на повторное рассмотрение.

12 февраля суд Молодечненского района принял решение направить жительницу Молодечно Олесю Садовскую в психиатрический стационар на полгода. Суд мотивировал принудительное лечение тем, что женщина якобы не являлась на ежемесячные приемы к врачу в Молодечненский психоневрологический диспансер. Судья объявила, что постановление обжалованию не подлежит. Следует подчеркнуть, что судебное заседание прошло в отсутствие Олеси Садовской, которая 25 февраля уже обжаловала решение суда.

Георгий Громов, Беларуская праўда

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: