Активное обсуждение в мировых СМИ совместных российско-беларуских учений ”Запад-2017” вызвало удивление и непонимание со стороны беларуских военных и сдержанные комментарии официального Кремля.

Foto: Ivan Sekretarev, AP

 

Однако, если произвести комплексную оценку военно-политической обстановки в регионе проведения учений, учесть их реальные масштабы и сопоставить эти факторы с динамикой развития украинско-российского конфликта, то реакция мировых медиа и экспертов на учения окажется адекватной связанным с ними угрозам.

Военно-политический фон проведения учений ”Запад-2017”

При анализе происходящего следует учитывать политические события предшествующего периода:

– жестко сформулированные обвинения президента Франции Эммануэля Макрона в адрес России в связи с агрессией против Украины;

– отсутствие результатов по итогам встречи президента России Владимира Путина и президента США Дональда Трампа в ходе саммита G20 в июле 2017 в Гамбурге;

– принятие резолюции на 26-й летней сессии Парламентской Ассамблеи ОБСЕ в Минске в поддержку суверенитета и территориальной целостности Украины (Беларусь при голосовании воздержалась).

Также нужно принимать во внимание и текущую ситуацию в регионе проведения учений, а именно:

1. Обострение украинско-российского конфликта на Донбассе (согласно мнению американского спецпредставителя Джона Уолкера).

2. Ужесточение американских санкций против российских юридических и физических лиц.

3. Изменение формата переговоров ”нормандской четверки” по урегулированию ситуации в Украине и фактическое признание России страной-агрессором рядом национальных и международных институций.

4. Демонстративная подготовка и проведение военных учений России на южных границах Украины и на границах стран Балтии.

5. Усиление милитаризации региона (например, развертывание в Калининградской области России ракетных комплексов ”Искандер” и ответное размещение дополнительного контингента вооруженных сил стран-членов НАТО в Прибалтике).

6. Половинчатая и двойственная политика Беларуси в отношениях с Украиной.

7. Перманентный кризис в отношениях Беларуси с Россией на фоне дипломатических, экономических и финансовых рассогласований (попытки Александра Лукашенко найти поддержку на Западе; одностороннее введение Беларусью безвизового режима с рядом стран и ответное усиление контроля на пунктах пропуска на российско-беларуской границе; ”газовый конфликт”; споры о ценах на углеводородное сырье; поставка беларуских сельскохозяйственных продуктов по демпинговым ценам и ”молочная война” между Россией и Беларусью; ввоз запрещенной санкционной продукции в Россию через территорию Беларуси; ”дело ”Уралкалия”).

У многих наблюдателей складывается впечатление, что принятие Минском решения о проведении учений напоминает ”игру ребенка со спичками возле бензоколонки”. Однако официальные власти Беларуси не воспринимают предостережения со стороны западных экспертов и политиков. Александр Лукашенко по примеру своего кремлевского коллеги Владимира Путина предпочитает существовать в параллельной реальности. В этой искаженной реальности все сложности военно-политической ситуации укладываются в один тезис: НАТО угрожает Союзному государству Беларуси и России, поэтому нужно провести масштабные военные учения и продемонстрировать готовность объединенных вооруженных сил двух стран отразить все угрозы, исходящие с Запада.

Презентуя легенду учений ”Запад-2017”, их руководитель с беларуской стороны, начальник Генерального штаба Вооруженных Сил — первый заместитель министра обороны Республики Беларусь Олег Белоконев отметил, ”что подготовка к совместному стратегическому учению вооруженных сил Беларуси и России “Запад-2017” проходит на фоне непростой военно-политической обстановки в регионе. У западных границ Союзного государства созданы передовые командные центры НАТО. Альянс активно, практически сменяя одно другим, проводит учения, в ходе которых, в том числе отрабатываются вопросы применения войск в непосредственной близости от государственной границы Беларуси”. Олег Белоконев констатировал, что количество учений в регионе за последние 8 лет увеличилось вдвое, a численность привлекаемых к учениям войск — более чем в три раза.

Комментируя цели учений российскому информационному агентству ТАСС, Министр обороны Республики Беларусь Андрей Равков заявил: ”Нам скрывать нечего. Тематика наших учений оборонительная. Это с одной стороны. С другой — уровень подготовки наших войск такой, что показ отдельных элементов учений только подчеркнет высокую боеготовность соединений и воинских частей региональной группировки войск (сил) и послужит предостережением некоторым политикам, делающим недвусмысленные политические заявления, приводящие к обострению напряженности в Восточноевропейском регионе коллективной безопасности”.

Судя по заявлениям беларуских военных, учения носят оборонительный характер, а по сути — представляют демонстрацию силы для устрашения соседей. Таким образом, между Беларусью и ее европейским окружением существуют явные противоречия в трактовке складывающейся военно-политической обстановки. Кроме того, неоднозначность декларируемых беларуским военным командованием целей учений фактически не оставляет шансов для нормальной коммуникации стран Запада с официальным Минском и разрушает остатки доверия западной дипломатии к Александру Лукашенко.

О чем тревожится Запад

Сегодня Украина и её западные партнеры выражают озабоченность в связи с проведением военных учений ”Запад-2017”. Тревогу вызывают следующие факты:

1. Непрозрачность учений повышает угрозу вторжения в соседние страны с территории Беларуси.

2. Размещения российского воинского контингента на территории Беларуси может привести к ”мягкой оккупации” и утрате национального суверенитета.

3. Попытка демократических перемен в Беларуси с участием сил, неподконтрольных Кремлю, может привести к развитию событий по украинскому сценарию и к оккупации Россией части территории или всей территории Беларуси под предлогом защиты интересов русскоязычного сообщества.

Цель развернутой на Западе информационной кампании в связи с проведением учений ”Запад-2017” вполне понятна: с одной стороны, существует попытка понудить Минск снизить уровень конфликтности сценария учений и ограничить присутствие российского контингента на территории Беларуси невоенной составляющей (медицинская служба, инженерные подразделения и т.п.). С другой стороны, страны Запада хотят получить от Беларуси четкие гарантии безопасности соседям на фоне агрессивной политики Кремля в регионе. От Александра Лукашенко хотят получить ответы на такие вопросы, как: Какие механизмы созданы руководством Беларуси для сдерживания россиян от возможных провокаций во время учений? Готова ли Беларусь разделить ответственность за возможные провокации России в ходе учений? Какова будет реакция Беларуси, если Кремль решит во время учений совершить повторную попытку вторжения на Донбасс или на Юг Украины?

Однако Минск не спешит отвечать на эти вопросы и не реагирует на все предостережения, демонстрируя полное противоречие публичному позиционированию Беларуси как ”донора региональной безопасности”.

Почему не слышит Минск

Рассматривая причины возникшего недопонимания между Минском и соседями в контексте учений, необходимо обозначить ряд особенностей восприятия ситуации со стороны Беларуси:

1. Беларуские военачальники являются носителями ”блокового мышления” и предельно четко разделяют мир на ”своих” (ОДКБ) и ”чужих” (НАТО). Учитывая, что в любых авторитарных режимах в государственной иерархии силовики всегда доминируют над чиновниками, политиками и дипломатами, понятно, что беларуская дипломатия уже не в состоянии выйти из рамки противостояния Восток-Запад, а все дипломатические усилия Запада будут рассматриваться в конфликтной логике как применение ”мягкой силы” или попытки разрушить Союзное государство.

2. Конфликтная логика восприятия мира определяет и особенности внешнеполитического дискурса Беларуси на Западном направлении. Во-первых, он никогда не выходит за рамки ”разговорной” дипломатии (”диалоги”, ”обсуждения”, ”дискуссии” и т.п.). Во-вторых, он не предполагает модернизации государственного управления (демократизация, либерализация и т.п.). В-третьих, более 70 процентов всех дипломатических усилий Республики Беларусь — это битва за внешнеэкономические преференции для беларуских товаров и услуг.

3. Понятия ”свобода”, ”суверенность” или ”независимость” страны за два десятилетия правления Лукашенко уже сублимированы и локализованы в его личных атрибутах абсолютной власти. Пока действующий президент Беларуси не воспринимает угрозу потери власти как один из возможных вариантов развития внутриполитической ситуации. В стране нет альтернативной фигуры, поддержанной Кремлем, нет сильного лидера протестного движения, нет оформившейся внутри властной команды оппозиции, не существует и экономической угрозы ”семейному” бизнесу. Все критические высказывания Александра Лукашенко в адрес руководства России являются хорошо подготовленным экспромтом и используются в качестве инструмента шантажа в борьбе за новые преференции беларускому режиму. До сих пор официальный Минск успешно навязывал Москве свои правила игры, а это означает, что Александр Лукашенко не испытывает страха перед Владимиром Путиным.

Но если Лукашенко не боится Путина, следовательно, нужно смоделировать иные угрозы, чтобы Лукашенко искал опору для защиты и сохранения своей личной власти именно в России. Все эти особенности беларуского режима были учтены и использованы в российских информационных операциях и нарративах российской пропаганды. Здесь достаточно вспомнить некоторые:

1. Запад готовит ”цветную революцию” в Беларуси.

2. Запад финансирует и покрывает лидеров беларуской оппозиции.

3. Запад готовит боевиков в Украине, Польше и странах Балтии для дестабилизации ситуации в Беларуси.

4. Украинские радикалы — угроза безопасности Республики Беларусь, потворство президента Украины Петра Порошенко национальным добровольческим батальонам (например, отряда ”Погоня”) — главное свидетельство двойной игры украинцев.

5. Украинская анархия — угроза безопасности в Беларуси, это канал распространения оружия, рассадник политического радикализма и т.п.

В этом контексте стоит отметить эффективность оперативных мероприятий, реализованных Россией на территории Беларуси. Например, это попытка прорыва джипа с оружием со стороны Украины на беларуском пограничном переходе в марте 2017 г. Также можно вспомнить и организацию скандальных инцидентов с запретами на въезд украинским журналистам по российскому стоп-листу, что вызывало дипломатические баталии между украинским и белорусским министерствами иностранных дел.

О чем молчит Кремль

Внимательное прочтение легенды учений и разворачивающиеся события в Беларуси свидетельствуют, что, по сути, Кремль стартовал с проведением учений еще в феврале 2017 года, когда в Минске готовились весенние акции протеста. Учения имеют более сложную структуру, чем стандартные конвенциональные маневры, и включают в себя задействование всех силовых и дипломатических компонентов. В то же время, собственно конвенциональный военный компонент задействуется лишь на последнем этапе учений.

Спровоцированные ситуации на информационных, дипломатических и экономических треках продемонстрировали единство и готовность спецслужб России и Беларуси к совместному противодействию гибридным влияниям и угрозам, обозначенным в легенде учений. С другой стороны, они продемонстрировали Минску всю незащищенность белорусского режима от гибридных воздействий и абсолютную зависимость Лукашенко от воли Кремля.

Важно помнить, что, согласно сценарию, на учениях “Запад-2017” будет смоделирован конфликт между ”Северными” (Беларусь и Россия) и ”Западными” (коалиция трех государств-агрессоров: Вейшнории, Весбарии и Лубении). По сценарию, ”Западные” пытаются расколоть союз Беларуси и России, ухудшить социально-экономическую обстановку в Беларуси, добиться там смены руководства страны, и, используя нестабильность, захватить часть Беларуси и создать там государство под названием ”Вейшнория”. После чего ”Западные” собираются ввести свои войска на территорию всей страны. ”Северные”, соответственно, должны этим планам противостоять.

Детализируем заявленный в легенде спектр угроз. ”Западные” пытаются:

– расколоть союз Беларуси и России;

– ухудшить социально-экономическую обстановку в Беларуси;

– добиться смены руководства Беларуси;

– захватить часть Беларуси и создать там государство под названием ”Вейшнория”;

– ввести свои войска на территорию всей страны.

Совершенно очевидно, что три из пяти моделируемых угроз носят невоенный характер и, следовательно, выпадают из поля зрения приглашенных Минском наблюдателей. Тут возникает несколько вопросов. Во-первых, где и когда были отработаны методы противодействия угрозам ”раскола Союзного государства”, ”ухудшению социально-экономической обстановки” и ”смены руководства страны”? Во-вторых, принимали ли участия в этих отработках беларуские силовики и политики?

Ответы на эти вопросы позволяют немного иначе оценить целый ряд событий, произошедших в Беларуси за последний год.

”Раскол Союзного государства” и ”Ухудшение социально-экономической ситуации”

Затянувшийся более чем на год спор Минска и Москвы вокруг цен на углеводороды, ”торговые войны” на сельскохозяйственном рынке, нежелание Минска подписывать соглашение о зоне свободной торговли до окончания споров — эти конфликты нанесли значительный урон беларуской экономике, ухудшив социально-экономическую ситуацию в республике. Прямым следствием этих разногласий стал кризис в российско-беларуских отношениях. В этих условиях Кремль начал фиксировать активность западных дипломатов на минском направлении, пиком которого стало заявление о готовности восстановить полноценные дипломатические отношения между Вашингтоном и Минском и вернуть американского посла в Минск. Такое форсированное развитие отношений между Беларусью и Западом в Кремле могли воспринять именно как угрозу ”раскола Союзного государства”. Поэтому был предпринят целый ряд мер по освоению и монтированию общего информационного и смыслового пространства Республики Беларусь и России.

Пытаясь сбалансировать политику в условиях экономического противостояния, Минск вынужден был сформировать при Администрации Президента РБ и силовых ведомствах прокремлевский экспертный пул. Этот пул имеет доступ к российским медиа-ресурсам и активно подвигается в беларуском информационном пространстве, презентуя себя как сообщество новых ”идеологов” беларуского режима и главных носителей ”Евразийских ценностей”.

Таким образом, набор инструментов по противодействию ”расколу” представляет собой продвижение усилиями официального Минска нарратива ”Союзного государства” как надгосударственного образования, подчиняющего национальные интересы РБ приоритетам Союзного государства.

По мнению представителей прокремлевских экспертов, наличие у беларусов ”национальных интересов” ограничивает интеграционные возможности и может стать причиной ”раскола Союзного государства” на фоне полного отсутствия в медиа-пространстве совместных проектов и общих целей РБ и РФ. Смена нарратива переориентировала беларуский экспертный пул с использования собственных пропагандистских ресурсов, типа Имхоклуба, на вновь созданные Евразийские проекты: ”Сонар-2050”, ”Спутник” и т.п.

В рамках противодействия попыткам раскола, россияне провели на территории Беларуси целую серию спецмероприятий и информационных операций:

1. Дискредитация дружественных намерений соседей и демонстрация их антилукашенковских настроений:
– Информационные акценты на негативных высказываниях в адрес Александра Лукашенко со стороны Польши, Латвии и Украины. Обсуждение в белорусских медиа тем и сюжетов: ”цветные революции”, ”западные агенты”, ”применение мягкой силы”, ”украинские радикалы”, ”происки врагов”.
– Обсуждение в беларуских медиа темы подготовки беларуских боевиков на тренировочных базах в соседних государствах.

2. Декомпозиция угроз со стороны Украины и локализация двусторонних отношений:
– Попытка прорыва беларуской границы джипом с оружием.
– Активная публичная защита украинским посольством на территории РБ интересов своих граждан, попавших в российский стоп-лист.
– Резкие публичные заявления Украины в ответ на информационные провокации силовиков Беларуси и России.

3. Проверка лояльности и готовности к сотрудничеству беларуских силовиков со спецслужбами России на территории Беларуси:
– Провокация российских радикалов на пресс-конференции представителя ОБСЕ в ТКГ.
– Похищение гражданина Украины с территории Беларуси.
– Демонстрация неустойчивости режима в условиях массового гражданского протеста и нелояльного отношения Запада к беларускому правящему режиму в ходе весенних акций протеста.

Ни одна из спецопераций россиян на территории Беларуси не получила должной дипломатической оценки со стороны официального Минска.

”Добиться смены руководства”, захватить часть территории и создать ”Вейшнорию”

Ухудшение социально-экономической ситуации в Беларуси на фоне торговой войны с Россией и ”ошибки” политического руководства страны при имплементации Декрета №3 (”О тунеядцах”) привели к массовым протестам в республике. Главной неожиданностью весенних акций для местных силовиков стала их география. В отличие от всех предыдущих акций оппозиции, которые проходили исключительно в Минске, в этот раз протесты охватили всю территорию Беларуси и носили относительно стихийный характер. Изменилась и риторика протестов: от власти требовали не либерализации и демократизации правящего режима, а конкретной отмены Декрета №3. Причем объектом критики стали не абстрактные чиновники, а именно президент Лукашенко, узаконивший декрет.

Попытка Лукашенко проявить гибкость, которая от него требовалась в тот момент на фоне подготовки к летней сессии ПА ОБСЕ и визита делегации МВФ, потерпела крах.

Приостановка действия декрета и требование к местным органам власти ”организовать общение с протестующими и решить их вопросы” раззадорили оппозиционных лидеров, вознамерившихся возглавить протесты и устроить ”смену руководства” уже 25 марта.

Таким образом, методы по ”противодействию силовой смене власти” были отработаны 25 марта в ходе разгона акций протеста в Минске, а также в ходе локализации протестов в регионах. Заслуживает внимания и привлечение к силовому подавлению акций протеста в Минске, а затем и в Москве украинского спецподразделения ”Беркут”. Это наводит на мысль о скоординированных совместных действиях силовиков Беларуси и России при осуществлении данных мероприятий. Особого обсуждения требуют факты использования в этот период пророссийских медиа-ресурсов стран Балтии для продвижения в информационном пространстве лидеров беларуской оппозиции.

Учения ”Запад-2017”: военно-политическое послание Кремля

Информационно-дипломатическую битву по умиротворению Запада, судя по последним заявлениям главы беларуского МИДа, Минск проиграл. Мантры про ”оборонительный характер учений” и ”нейтральность Беларуси” как гаранта недопущения провокаций и агрессии, не возымели действия: соседние с Беларусью страны-члены НАТО нарастили свое военно-техническое присутствие в регионе.

В итоге, учения ”Запад-2017” стали моментом истины для военно-политического руководства Беларуси, по факту обнулив нейтральный статус Беларуси и демонстрируя его исключительно декларативный характер.

Легенда учений — сама по себе яркая демонстрация распределения ролей и позиционирования участников учений в региональных и глобальных международных процессах.

В этом контексте продемонстрированная в легенде слабая устойчивость официального Минска к гибридным влияниям компенсируется геостратегическими интересами России в регионе. Оценивая ключевые треки государственной устойчивости Беларуси, можно отметить, что на сегодня официальный Минск утратил амбиции и возможности субъектной игры в глобальных или региональных международных процессах и абсолютно интегрирован в геополитическую и геостратегическую зону интересов и контроля России, которая фактически установила контроль в следующих сегментах национальных интересов Беларуси:

1. Военный (силовой блок) — создание и развитие ”региональной группировки”, можно рассматривать как фактическое делегирование Минском функций стратегического сдерживания своим российским союзникам. При этом активное противодействие желанию Кремля разместить российские военные базы на территории Беларуси мотивированы как угрозами личной безопасности Лукашенко, так и возможными экономическими бонусами от развития собственных вооруженных сил за счет России.

2. Информационный (ИПСО, коммуникации) — подавляющее присутствие российского контента в информационном пространстве Беларуси практически исключает возможность активного противодействия Минска информационным операциям России. Практика весенних протестов и продвижение беларуским прокремлевским экспертным пулом нарратива ”Союзного государства” и ”Евразийского пространства” показывает подчиненность национальных интересов по отношению к Евразийскому интеграционному проекту. Происходит тотальная интеграция человеческих и информационных ресурсов Беларуси в систему российской пропаганды для продвижения в постсоветском информационном и гуманитарном пространстве идеологем Кремля.

3. Кибернетический (действия в сфере кибербезопасности и электронных систем коммуникации) — контроль России над беларускими каналами связи стал одним из основных условий привязки системы наведения ракетного комплекса ”Полонез” к китайским спутникам.

4. Социально-политический (влияние в сфере внутриполитических процессов, социальной инженерии и экономики) — сфера локализации влияния и реализации властных амбиций Лукашенко (вопросы собственности госпредприятий и компаний). Развитие ”беларуской социально-экономической модели” государственного капитализма по примеру России. Характер и условия разрешения спора по ценам на углеводороды, систематика торговых противостояний, потребность в регулярных дотациях демонстрируют абсолютную зависимость Беларуси от российской экономики на глобальном уровне.

5. Дипломатический (локализация дипломатических интересов страны) — сам факт проведения полномасштабных учений наступательного плана в сложившейся ситуации демонстрирует признание Минском ведущей роли России в выстраивании архитектуры глобальной безопасности и во внешнеполитическом позиционировании Беларуси. Это проявилось особенно отчетливо после провала попыток официального Минска донести собственный месседж о ”безопасности учений” до стран западной коалиции. По замыслу Кремля, Минск должен осознать, что любые игры в ”многовекторность” окончены и в сложившейся ситуации возможностей для проведения самостоятельной политики у Беларуси больше нет.

Для Западных стран учения ”Запад-2017” фиксируют претензии Кремля на Беларусь как зону собственных геополитических интересов. Легенда учений должна остудить желание любых стран поучаствовать в процессе транзита власти в РБ. В какой бы форме и каким бы способом он ни осуществлялся, процесс будет жестко контролироваться Кремлем, и никакая беларуская оппозиция, даже с поддержкой ”коллективного Запада”, уже не сможет переломить ситуацию. А любые попытки ”цветных революций” будут просто утоплены в крови.

”Минск наш”

Усиление позиций России в стратегически важном регионе на беларуско-прибалтийском направлении на данном историческом этапе подтверждается следующими фактами:

1. Проведение полномасштабных совместных российско-беларуских военных учений.

2. Создание искусственных условий для углубления конфликта между беларуским военно-политическим руководством и странами Запада.

3. Продвижение прокремлевским экспертным пулом нарратива ”Союзного государства” и ”Евразийского пространства”.

По сути, мы наблюдаем постепенную коррозию режима Лукашенко, за которой последует интеграция Беларуси в политическое и экономическое пространство России. На внутреннем электоральном рынке в России в канун президентских выборов 2018 г. это будет преподноситься как конец беларуской ”многовекторности” и безоговорочная победа российского проекта ”мягкой силы” в сражении с Западом за Беларусь.

Дмитрий Громаков, Delfi

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: