Громадское поговорило с Аркадием Бабченко в стенах Службы безопасности Украины. Пока это, уверен он, единственное место, где он мог давать интервью и чувствовать себя в безопасности. Бабченко рассказал о деталях своего «убийства», о нынешней «богемной» жизни под охраной спецслужб, о том, как, по его мнению, появились кандидаты на ликвидацию в «списке-47» и о том, чем эта история, по его мнению, может закончиться для него самого, его семьи и российско-украинских отношений.

Российский журналист Аркадий Бабченко во время интервью Громадскому, Киев, 27 июня 2018 года. Фото: Сергей Дунда/Громадское

 

«Умер», потом «воскрес»

Наш сегодняшний гость — Аркадий Бабченко. Спасибо, что живой. Для начала.

На здоровье. Обращайтесь.

То, что мы встречаемся здесь — это одно из из условий: сейчас у тебя засекреченная такая жизнь.

Не я ставлю условия. Мне говорят, — я беру под козырек и делаю.

Ты под круглосуточной охраной?

Я не могу об этом рассказывать.

Это тяжело?

Как тебе сказать? Я сейчас веду «богемный» образ жизни: работы нет, ни о чем заботиться не надо. Бензин покупать не надо, зарабатывать ни на что не надо. Я живу, меня охраняют, я ни черта не делаю. Скучно безумно.

Мне кажется, да, с твоим характером это дико скучно и грустно…

Жизнь сейчас такая. Никуда не выходим, ничем не занимаемся. Пока абсолютно в подвешенном состоянии. Ждем, прячемся в бункере от наемных убийц ФСБ.

Аркадий, расскажи, как все началось.

Началось просто: мне позвонил знакомый, попросил подъехать. Я подъехал. Там сидели два человека. Он мне сказал, что это ребята из СБУ. Говорит: я их знаю и за них ручаюсь, я с ними был в АТО. Мы начали разговаривать, они показали мне ориентировки, распечатки приговоров, фотографии всех этих денег. Сказали: «На тебя поступил заказ». Я спрашиваю: когда это стало известно. Они говорят, что месяц назад. Я говорю:

Отлично! А чего ж вы месяц ждали?! Пока меня прихлопнут? На живца хотели ловить?

Они говорят: нет. Месяц это было на стадии разговоров. Треп это или серьезно, не ясно. Месяц шли разговоры, а вчера передали деньги. И стало понятно, что все это серьезно. «Мы сразу к тебе приехали. Что думаешь?». Я говорю: ну а что тут думать?

А ты весь этот месяц замечал возможно что-то не то? Слежку, к примеру.

Нет, я особо и не смотрел. После Москвы расслабился. Это в Москве я ходил напряженный. Каждую машину отслеживаешь. Когда человек заходит в лифт — смотришь. Какая-то новая машина во дворе появилась — разглядываешь ее. А здесь я расслабился, особо не следил.

Ты сразу поверил тому, что тебе рассказали?

Ну а как тут не поверить? Когда тебе дают распечатку. Когда твои паспортные данные, которые с вероятностью 99% пришли из России. Распечатки переговоров, ориентировку на тебя, фотография твоя, которая взята в паспортном столе. Да и потом, извини, я 40 лет в Мордоре прожил. Из них лет 5-10 — в довольно плотном общении с государством и ФСБ. Я друзей и коллег хоронил. Друзей сажали, за мной следили. Быков каких-то ко мне подсылали. Так что, когда тебе говорят: «Чувак, вот деньги на твое убийство, тебя хотят убить», я предпочитаю таким разговорам верить. К тому же, если есть такие доказательства.

До 2014 года мы здесь о слежках слышали только в кино. Поэтому первая мысль: убить? кого, зачем? что дальше?

Первая реакция у меня была такая же. Какой-то фрик пишет постики в Facebook. Я пишу посты в Facebook. Целое ФСБ проводит операцию из-за какого-то блогера. (…) Оказалось, все на самом деле серьезно: ФСБ, убить, $40 тыс.

Российский журналист Аркадий Бабченко во время своего первого интервью после спецоперации СБУ, Киев, 31 мая 2018 года. Фото: EPA-EFE/VALENTYN OGIRENKO/POOL

 

Фото, о котором ты говоришь, что оно есть только в паспортном столе. Это у тебя дома по месту прописки?

Да, ОВД Северное Бутово. Фотография из моего внутреннего паспорта, который мне выдали. В ориентировке на меня именно она — фотография 20-летней давности. Понятно откуда она взята.

Расскажи про день смерти.

«Умер», потом «воскрес». Там до дня смерти был еще месяц разработки. Пришлось придумать легенду, что я ногу сломал. На человека начали давить из Москвы, он начал давить на исполнителя.

На Германа (подозреваемый в организации покушения на Бабченко Борис Герман)?

Да. Об этом СБУ рассказывало на втором брифинге. Распечатки разговоров есть. Все должно было произойти в пятницу, за день до финала Лиги чемпионов. Когда говорят мол, смотрите, Бабченко написал пост такой театральный. Да ни фига. Просто в жизни все идет не совсем так, как планируется. (…) За пару дней до этого вызвали семью, потому что стало понятно, что семье в России оставаться нельзя.

Мы последние полтора года жили так: я здесь, дочка там учится. На каникулы она на недели две-три ко мне приезжает. Они приехали и уехали. Учебный год не закончен. Если бы они остались, это бы сразу вызвало подозрение. Нужно было продолжать вести тот образ жизни, которым мы жили. Они уехали туда, уже все знали.

И дочь знала?

Нет, дочери рассказали в последний момент. Дня за два решили эвакуировать семью. К пятнице мы уже готовились, ждали. Но перенеслось, и мы сразу расслабились. Еще три дня или сколько там, можно пожить. Сказали, что вторник-среда скорее всего. А во вторник я просыпаюсь, мне Facebook подсовывает этот пост с вертолетом Кульчицкого. Я его каждый год перепощиваю. Я его перепостил. (…) Ничего не готовил, так сложилось. Жду звонка, и тут — он. Сегодня — работаем.

В шесть часов вечера приехал оперативник с гримером. Гример мне рассказывал, как падает человек, в которого стреляли. Как он кашляет, если пробиты легкие, как лежит тело, как дышит раненый человек.

Это гример спецслужб? Есть такие специально обученные люди.

Понятия не имею. Я тренировался падать, все коленки в синяках. Ты падаешь, должен это сделать естественно. Чтоб бутылка отлетела, упал. Мне никто там руки, ноги не двигал. Меня уже загримировали: тени под глаза наложили, губы сухие сделали. Как при большой кровопотере. Я стал спиной к двери, ждал. Вот кстати, журналисты, фейк-ньюс. Откуда взялась легенда, что я сходил за хлебом?

Полиция и журналисты возле подъезда дома в Киеве, где живет Аркадий Бабченко, Киев, 29 мая 2018 года.  Фото: Дмитрий Реплянчук/Громадское

 

Не журналисты, а Антон Геращенко.

Это журналисты все раскрутили. Я ходил не за хлебом, а за водой. Вот так фейк-ньюс и рождается.

Антон Геращенко, член коллегии МВД Украины написал пост. Я хорошо это помню. Это как раз была моя новостийная смена. Айдер Муждабаев написал пост, о том, что Бабченко ранен, его везут в больницу. Через 5-7 минут я набираю Антона Геращенко, он отвечает «Ира, пока ничего не могу сказать». Спрашиваю: «Живой?». Он говорит: «Мертв». И дальше был ад. И примерно через час появился пост Геращенко, что Аркадий вышел за хлебом. Заходил в свою квартиру, стоял в дверях, открыл и в него выстрелили.

Да, легенда была такая. Мне налили в рот свиной крови. Упал на колени, немного кашлял, чтобы брызги разлетелись.

В этот момент кто был? Ты и жена?

Я, жена, оперативный сотрудник и гример. Упал, она начала гримировать дырки на спине. Футболку за несколько дней возили на стрельбище, прострелили. Инсценировка была 100%-я. Начала сгусток свиной крови засовывать мне в ноздрю, говорит, потерпите. К восьми часам они ушли, поднялся киллер. В квартире он был секунд 10. Это Цимбалюк. Говорит «Доброго здравичка!». Я ему говорю: не смеши, мне смеяться нельзя. И он ушел.

А зачем он там должен был появляться? Чтобы его видели соседи?

Может быть камеры, чтобы засветиться, соседи увидели. Мол, да, этот человек поднимался. Сосед его увидел внизу на лестнице, и по этому описанию и был сделан фоторобот.

Волонтер, участник боевых действий в Донбассе Алексей Цимбалюк назвал себя исполнителем в организации покушения на убийство российского журналиста Аркадия Бабченко (на архивном фото Цимбалюк на пути в зону боевых действий на востоке Украины, 2014 год). Фото: Богдан Кутепов/Громадское

 

Фоторобот не был похож на Цимбалюка.

Ну это уж как он увидел и описал. В восемь часов позвонили жене, сказали: вызывайте полицию и скорую.

Гример с женой тоже провел инструктаж: как человек себя ведет, как дышит. Там адреналиновый всплеск, повышается давление, лицо краснеет. А потом человек замыкается в себе, начинается шок, абсолютное спокойствие, никаких истерик.

Жена позвонила в полицию, в скорую. Они приехали, приехал Беркут. Они все знали.

Фоторобот подозреваемого в убийстве Бабченко

 

То есть их предупредили, это была оперативная группа?

Конечно. Была проделана гигантская работа, с массой нюансов. Знал дежурный, которому должен был поступить звонок. Он отрядил специальную группу. Они должны были быть в курсе. Люди же смогут понять, есть дырки в человеке или нет.

Беркут не был в курсе. Они забежали, наклонились, посмотрели, увидели, что дышу. Проверили все комнаты, лестницу пролетом выше и ниже. Заняли там оборону. Ребята явно переживали, дышали тяжело. У жены спрашивают, кто это. Она: «Российский журналист». Они: «*****, опять началось!». Полиция велела быстро выносить меня, потому что основная задача была убрать меня оттуда.

Они увидели, что ты дышишь, но это нормально, ты же ранен. Неужели они не поняли, что это свиная кровь?

Они не стали смотреть, им полиция велела не трогать. Приехала скорая, меня погрузили, начали что-то типа капельницы ставить. Скорая тоже знала, ведь врачи точно могут определить, жив человек или нет. Прилепили мне катетер на руку.

Это мы сейчас знаем, что были Герман и Цимбалюк. А тогда-то не было понято. Один Цимбалюк или нет. Следит ли кто-то за ним, есть другая группа? Потому что в России до этого пошла практика политических убийств на основе тендера.

Дается заказ, несколько групп начинают работать, и кто первый выполнит работу, тот и получит деньги…

Скорая отъехала километра на два, я начал «умирать». Они начали меня «реанимировать» 20 минут.

Внутри машины? Что, думали, что кто-то может подсматривать?

Ну конечно. Реанимация оказалась «неудачной», и через 20 минут я «помер». Врач позвонила диспетчеру, зафиксировала смерть. Подъехала полиция, окружили скорую. Приехал судмедэксперт. Тут выяснилось, что я в этой свиной крови провел уже часа два-три и замерз.

Это проблема, когда у тебя труп лежит на носилках и дрожит. Меня завернули в одеяла, согрели, поехали в морг, выгрузили там. Я все это время изображал мертвого. И когда ворота закрылись, я уже «ожил».

Была ночь, смена была заряжена, с ней провели разъяснительную работу. Наверное взяли подписку о неразглашении. Вот видишь, как замечательно была сделана спецоперация. Знало минимально необходимое количество людей. И хотя их было много, но утечки не было.

Потом завели меня в комнату санитара, я снял всю эту одежду, помылся под раковиной, завернулся в простыню. Сказал: дайте мне пачку сигарет, это мой гонорар будет. Мне принесли пачку сигарет, чаю. Я включил телевизор и как Джавахарлал Неру, завернутый в простыню, курю сигарету за сигаретой, и смотрю, что обо мне говорят по телевизору. Каким оказывается геройским парнем я был. Мне прямо себя стало жалко.

Расскажи, какой тебе больше всего некролог понравился.

Не знаю, это все проходило мимо сознания, потому что не до этого было. Нервное напряжение было довольно сильным, да и уставший был. Это интересный опыт, интересное ощущение, когда ты голый, измазанный свиной кровью, сидишь в простыне и слушаешь некрологи про себя. А по соседству, через стену, слышно как санитар пилой пилит кость. Вскрытие какое-то проводит.

В морге я пробыл часов до двух ночи, потому что журналисты приехали. Вся эта игра была не напрасна. Например, коллеги из ATR видели, что меня заносят и подтвердили это. Все это нужно было.

В два часа ночи я вылез через заднее окно, меня посадили в затонированную машину и увезли уже в безопасное место. И все закончилось часов в пять утра.

Театр и «косяки» СБУ

В тот день я сделала два сюжета: «Бабченко мертв» и «Бабченко жив». Я думаю, так было во всех редакциях. Мы в прямом эфире смотрели Грицака (Василий Грицак, глава СБУ Украины), который вышел и что-то говорит. Кого-то задержали. Ты до последнего не осознаешь. И тут он говорит ключевое «Вот это Аркадий Бабченко», и появляешься ты. Сначала все обрадовались. Второе ощущение: меня обманули, мной манипулировали. Была растерянность, а потом пришла мысль: раз это была спецоперация, то это круто. Если вы потом нам покажете доказательства. То, от чего я не могу отойти — это театральность. Со стороны главы СБУ, генпрокурора. Неточности в списке — 30 человек, потом 47. Как ты оцениваешь этот пиар?

Это не ко мне вопрос, кто на чем пиарился. Моя задача была за этот месяц, с момента как мне сказали, до момента как я «воскрес» — это была моя работа. Я ее сделал, по этой работе вопросов ко мне нет. Это не я разрабатывал. СБУ учили ловить террористов, а не делать пресс-релизы. Да, коммуникация плохая, но это не их деятельность. В тысячный раз хочу извиниться за то, что вам пришлось все это пережить. Но нельзя было по-другому. Нельзя было допустить утечки информации.

Слева направо: глава Службы безопасности Украины Василий Грицак, российский журналист Аркадий Бабченко и генеральный прокурор Украины Юрий Луценко во время брифинга в СБУ, Киев, 30 мая 2018 года. Фото: EPA-EFE/SERGEY NUZHNENKO

 

Почему инсценировка смерти была необходима? Не ранение, например.

Инсценировка смерти — это самый банальный и действенный способ раскрытия заказных убийств. Такого резонанса, безусловно, никто не ожидал. Это не просчитали, и это был косяк, я не спорю. Но преступление доведено до конца, есть все улики. Это делается для суда.

Мне объясняли, что это меняет квалификацию статьи.

Завершенное преступление, да.

Не знаю, следил ли ты за этим. Министр иностранных дел Павел Климкин делает заявление о том, что русские убили Бабченко на Совете безопасности ООН, просит помощи в расследовании. И когда ты «воскрес», начинается критика со стороны западных изданий, политиков, которые не понимают этого. По твоему мнению, просто не был просчитан резонанс?

Вы начали на следующий же день: «Покажите нам все доказательства». Вот СБУ разбежалось, и все вам на блюдечке выложит. Подождите. Прошло три недели, на мой взгляд там доказательств уже вагон. Переговоры, распечатки, три чувака, которых в Донецк везли. Разговоры с Пивоварником (Вячеслав Пивоварник, куратор организации «убийства» — ред.), разговоры про оружие. На прослушках этот человек все говорит.

Будут еще доказательства. Дождитесь суда. Не бегите впереди паровоза.

Извини меня, вот этот Арлем Дезир (представитель ОБСЕ — ред.), который пытался проводить здесь конференцию по свободе слова, пытался позвать сюда корреспондентку Russia Today, эта конференция ОБСЕ, Евгений Примаков, ведущий передачи на «России — 24», доверенное лицо президента Путина, Вячеслав Володин, председатель Госдумы. Если ты не доверяешь инсценировке Бабченко, то все эти действия нивелируют твои слова.

Мы бежим впереди паровоза, потому что в деле чеченского киллера Динго русский след не доказан, когда он совершал покушение на Адама Осмаева и Амину Окуеву. Вот мы дождались суда. В суд приходит обвинительный акт. Мотив: личная неприязнь. В деле российского военного Агеева. Грицак выходит, говорит: «У нас есть доказательства, что он российский военный». Потом прокуратура приходит в суд и говорит «нет, он просто условный доброволец». Поэтому мы задаем такие вопросы.

Это вопросы не ко мне. Я не адвокат СБУ. Я бы предложил еще подождать.

Ты уверен, что обвинительный акт по твоему делу придет с тем, что называется «русским следом»?

Мне не докладывают. Я без понятия, как там двигается расследование. Большую часть я узнаю из открытых источников. Но лично для меня вопросов вообще нет. Я посмотрел, свел все воедино. Все идет из России. У меня есть версия, кто этот человек, по чьему заказу действовал Пивоварник, и что это за «Фонд Путина». И почему именно я был выбран. Потому что по всей видимости я не был первой жертвой. Я об этом расскажу чуть позже, сейчас не время.

Мы говорили с Евгением Киселевым, который есть в «списке-47». Он убежден, что заказ был. Но быть это мог кто угодно. От бывших соратников Януковича, до Малофеева, Пригожина и других.

Это на мой взгляд ближе к истине. Я думаю это идет от спецслужб через (Константина) Малофеева (подозреваемый в финансировании самопровозглашенных «ЛНР» и «ДНР»), (Евгения) Пригожина (российский предприниматель, обвиняемый во вмешательстве в выборы США, которого насмешливо называют «поваром Путина» — ред.).

Если дело не будет доведено до суда с формулировкой «русский след». Как ты это воспримешь?

Плохо. Но опять же, это не мое дело. Это дело Украины, и это задача суда — довести это все до ума. Но я буду озвучивать свои версии, буду работать с журналистской точки зрения.

Подозреваемый в организации покушения на российского журналиста Аркадия Бабченко по заказу российских спецслужб Борис Герман (в центре) во время заседания Шевченковского райсуда и избрания для него меры пресечения, Киев, 31 мая 2018 года. Фото: Игорь Бурдыга/Громадское

 

Как появился «список-47»

Герман на суде излагает свою версию. Когда к нему обратился Пивоварник, как просил перевозить деньги, передавал каким-то людям. Спрашивал: кому я их перевожу. Пивоварник сказал:«Я работаю на Кремль, на ФСБ». И Герман согласился с ним работать. И Герман идет к некоему Дмитрию, который, по утверждению Германа, работает в контрразведке. Кто этот Дмитрий — неизвестно. И как может Герман не знать его фамилию? И Герман пытается убедить, что работал именно на украинские спецслужбы. Аркадий, ты что-то понимаешь в этой истории с Дмитрием?

Я не думаю, что он ключевой свидетель. Я допускаю, что он не вымышленный. Я про него особо ничего не знаю. Для меня гораздо более важными являются записи разговоров. Видно, что заказ был абсолютно реален. Переговоры и версия защиты не стыкуются.

Большинство моих знакомых не сомневаются в реальности заказа. А вот то, что это могла быть нестыковка украинских спецслужб, и что это могла быть провокация и с этой стороны.

Тогда это хорошо. Два из двух человек, к которым обратились из России с предложением устроить теракт, пошли в СБУ и сказали, что ФСБ хочет устроить теракт. Тогда вообще замечательно получается.

Ты понимаешь, почему ты?

Да, я понимаю, почему я. Давайте подождем еще недельку, я все расскажу. Я предполагаю, откуда идет заказ.

Как формировался «список-47», и , почему мы сначала слышим про 30 фамилий, потом про 47, потом про 48-го сына (министра МВД Арсена) Авакова.

Потому что все идет на уровне разговоров. Не будет никакого списка на бумажке, с печатью Путина и подписью «убейте их всех».

Список появлялся так: сначала назвали мою фамилию. Потом были названы еще две фамилии: Илья Богданов и активист из Одессы. Никак не могу запомнить его фамилию. Потом на брифинге СБУ опять были фамилии. Весь хайп вокруг списка настолько второстепенный. Почему фамилии не соответствуют и так далее.

Я думаю это было так: пришли к чуваку, сказали — вот тебе миллион долларов, грохни пяток украинских журналистов. Он сидит в Питере. Открывает Гугл, вбивает: украинские журналисты. Выбирает самых известных, тупо их заносит в список.

Там масса информации. Пивоварник начинает подгонять Германа. Тот начинает давить на исполнителя. Чтобы показать, что они могут работать и получить следующие заказы. Пивоварник говорит Герману «выберите кого-нибудь и сделайте побыстрее». Если вы думаете, что в ФСБ сидят Нобелевские лауреаты, Штирлицы и гении спецслужб, это не так. Там тоже дебилов полно. Основная задача — распил бабла. «Сделайте че угодно, чтобы нам остальное дали». Все намного проще.

Каким ты видишь финал всей этой истории?

Я надеюсь, что все дойдет до суда, дело не развалится, все будет вскрыто. Уже неплохо вскрылось. Проблема в том, что это только одна из ячеек. Есть другие. Выборы приближаются, деньги сюда заходят, оружие закупается. Они в любом случае будут работать. Это совсем не конец. Это только пласт верхний сняли, а под ним еще айсберг. Что касается меня: я в абсолютно подвешенном состоянии, свое будущее определяю не я. Где я буду жить, где меня будут прятать, куда будет ходить моя дочка?

Ты не думал о том, чтобы попросить убежища например в США, Европе.

Давай оставим это в стороне. Лишнюю информацию не будем рассказывать.

А как, по-твоему, закончится эта война?

Это надолго. В моем представлении она будет такой же, как в Афганистане: 15 лет воевали, в конце концов экономика рухнула, Союз рухнул. Шмотки собрали и ушли. Силовым способом Россию победить сейчас нельзя. У нее действительно одна из мощнейших армий.140 млн человек, 100 млн из которых сошли с ума. Есть вождь, есть сверхидея, его действительно поддерживают. Но все это развалится. Это исторический закон. в 21 веке империя не может жить по законам 19-го. Россия непременно будет откатываться назад. Очередной нефтяной кризис непременно будет. Когда нефть упадет до $20. Либо есть другой вариант: мир сходит с ума. Россия бабло в Запад закачивает, и бабло опять побеждает добро. Тогда все это приведет к Третьей мировой войне.

Ирина Ромалийская, Громадское

Навіны ад Belprauda.org у Telegram. Падпісвайцеся на наш канал https://t.me/belprauda.

Recommend to friends
  • gplus
  • pinterest
Поддержать проект: